ARMYRU

27-11-2007 17:27

Литовский король со многими людьми приступали к городу

        РАЗГРОМ ПОЛЬСКОЙ ИНТЕРВЕНЦИИ. МИНИН И ПОЖАРСКИЙ

  ПРИГОВОР ПЕРВОГО ОПОЛЧЕНИЯ 30 ИЮНЯ 1611 г. О БОРЬБЕ С ПОЛЬСКИМИ  ЗАХВАТЧИКАМИ

Печатается по книге «Памятники  истории Смутного времени»

 

Лета 7119-го июня в 30-й день Московского государства разных земель царевичи и бояре, и окольничие, и чашники, и стольники, и дворяне, и стряпчие, и жильцы, и приказные люди, и князи, и мурзы, и дворяне из городов, и дети боярские всех городов, и ата­маны, и казаки, и всякие служилые люди, и дворовые, которые стоят за дом пресвятые богородицы и за православную христианскую веру против раззорителей веры христианские польских и литовских людей, под Москвою, приговорили, и выбрали всею землею, бояр и воевод, князя Дмитрия Тимофеевича Трубецкого да Ивана Мартыновича Заруцкого да думного дворянина воеводу Прокофья Петровича Ляпунова, на том, что им, будучи в правительстве, земским и всяким ратным делом промышляти и расправа всякая меж всяких людей чинити в правду, а ратным и земским всяким людей и их бояр во всяких земских и в ратных делах слушати всем. А поместьям за бояры быти боярским, а взяти им себе поместья и вотчины боярские, и окольничьих и думных дворян, боярину боярское, а окольничьему окольническое, примеряся к прежним большим бояром, как было при прежних российских прироженных государех...

 А в Поместном приказе  для поместных дел посадити дворянина из больших дворян, а с ним дьяков, выбрав всею Землею, и велети в волостном  приказе.   Этот приказ  ведал  раздачей   и   записью за  служи­лыми людьми  поместий,  даваемых за службу.

испоместити наперед дворян и детей боярских бедных раззоренных беспоместных и малопоместных, которые поместьями своими не вла­деют от литовского разорения; а за которыми были в поместиях дворцовые села и черные волости , нынешняя боярская новая дача, и тем поместей наперед не отдавати до тех мест, покаместа бедных и раззоренных всех не поместят.

  А которые атаманы и казаки служат старо, а ныне похотят верстаться поместными и денежными оклады и служить с городы, и тех за их службы поместными и денежными оклады поверстать, смотря по их отечеству и по службе; а которые атаманы и казаки верстаться не похотят, и тем атаманом и казаком и стрельцом давати хлебный корм с Дворца, а деньги из Большова приходу и из Четвер­тей во всех полкех равно. А с приставства из городов и из дворцо­вых сел и из черных волостей атаманов и казаков свесть, и насильства ни которого по городам и в волостях и на дороге грабежов и убивства чинити не велети; а посылати по городам и в волости для кормов дворян добрых, а с ними для россылки детей боярских и казаков и стрельцов и велети кормы збирать по указу, почему приговорят и укажут бояре, а мимо указу никакого насильства и раззоренья крестьяном не чинити. А только на Москве в полкех и под Москвою и по городам и в волостех или по дорогам дети боярские и казаки и стрельцы и холопы боярские, или какие люди ни буди учнут воровать, разбивати и грабити и душегубство чинити, и про то сыскивати всякими мерами и от всякого воровства унимать и, нака­занье и смертную казнь чинити, а на то устроить Разбойной и Зем­ской приказ потому ж, как преж сего на Москве было.

 А строить Землю и всяким земским и ратным делом промышлять бояром, которых изобрали всею Землею, по сему всее Земли при­говору. А смертною казнью без земского и всей Земли приговору бояром не по вине не казнити, и по городам не ссылати и семьям и заговором ни кому ни кого не побивати и недружбы ни которые ни кому не мстити. А кому до кого какое дело, и о том о управе бити челом бояром и всей Земле. А хто учнет ходити скопом и заговором, и кого хто убьет до смерти по недружбе, или на кого хто скажет какое изменное земское дело,—и про то сыскивать в правду, а по сыску наказанье и смертную казнь над ними чинити боярам, поговоря со всею Землею, смотря по вине; а не объявя всей Земле, 4 смертныя казни никому не делать и по городам не ссылать; а кто кого убьет без земского приговору, и того самого казнити смертию... А которые дворяне и дети боярские в нынешнее смутное время и в раззоренье вывозили у своей же братьи у дворян и у детей боярских крестьян и людей, и которые, от них выбежав, живут по городам, по посадам, и про то по их челобитью сыскивати, а по сыску крестьян и людей отдавать назад старым помещикам.

 А буде бояре, которых выбрали ныне всею Землею для всяких земских и ратных дел в правительство, о земских делах радети и расправ чинити не учнут во всем вправду, и по сему земскому

 Черные волости  считались  принадлежащими  государству  и  была  населены так  называемыми  черносошными  крестьянами.

приговору всяких земских и ратных дел делати не станут, и за ними всякие земские дела постановятся, или которые воеводы бояр во вся­ких делах слушати не учнут, и нам всею Землею вольно бояр и вое­вод переменити, и в то место выбрати иных, поговори со всею Зем­лею, хто будет бою и земскому делу пригодится.

 

  ПЕРВЫЙ ШТУРМ СМОЛЕНСКА

 

 Из отписки Смоленского архиепископа Сергия

Полностью отписка не сохранилась. Утрачено начало. Печатается по книге: «Чтения в императорском обществе истории и древностей российских при Московском университете», 1912, т. I, стр. 31—32.

 

.. .Литовский король со многими людми приступали к городу. Первой день приступ сентября против двадесят пятого числа в ночи за два часа до света в трех местех в Пятницком конце и к Копытецким да к Овраменским воротам. И Копытецкие и Овраменские (ворота) литовские воинские люди злым умышлением проломили и божиею милостью и пресвятые богородицы умоленем и твоим царьским счастьем литовских людей от ворот и ото всево города отбили и многих литовских воинских людей и немец на приступах побили. На завтрее государь тово сентября против двадесят шестого числа в ночи за четыре часа до света литовской король с воинскими людми к городу приступали и в Пятницком конце острог взяли и Пятницкой конец и посады выжгли, а  толко осталось на всем посаде божья милосердья по обеим сторонам семь престолов. Да сентября ж государь против двадесят седмаво числа в ночи за два часа до света литовский король со всеми с воинскими людми присту­пали к городу к большим к Фроловским воротам, что у Днепровсково мосту, да к Пятницким воротам, и божиею милостью и пречистые богородицы и твоим царьским счастьем литовских воинских людей от ворот и ото всево города отбили и на приступах литовских людей и немец з города побили многих. И после государь тово на  хРетеи день смоленских чюдотворцов заступлением и твоею государевою царскою молитвою литовских людей на всех приступех от ворот и от города отбили и многих литовских и немецких людей на приступе побили. Да сентября ж государь против 30 числа в ночи литовские люди подкратчис Днепровской мост выжгли весь. А из наряду госу­дарь бьют по городу в дву местех, в Пятницком конце бьют по Бого­словской башне и верхний бой * отняли, да из-за Днепра бьют по городу и по хоромом из наряду и из огненых пушек. Да октября государь в 5 день литовский король с своими радными паныs при­слал ко мне богомольцу твоему государеву и к боярину и воеводам и к дворянам и к старостам посадцким и к посадцким людем листы,

_________

1 Т. е. осталось всего семь церквей на всем посаде; посадом называлась часть города,  населенная ремесленниками и другим  мелким городским людом.

2 Верхний    бой — верхний   ярус   крепостной стены   с  башнями  с   бойни­цами для пушек и пищалей.

3 Паны рада — совет знатных людей при польском короле и литовском вели­ком князе.

 

чтоб мы ему город Смоленск здали и были под его королевскою рукою. Да и преж сего король и паны разные писали к нам о том многижда. И мы государь, посоветовав с твоим государевым бояри­ном и воеводы с Михаилом Борисовичем Шейным с товарищи и з дворяны и с посадцкимй старосты и со всякими посадцкими слу­жилыми людми, литовскому королю и радным паном велели отказати словом, что у нас у всех у смоленских людей от мала и велика обет дан богу, что за истинную православную христианскую непорочную веру и за святые божие церкви и за тебя, государя царя и великого князя Василия Ивановича всеа Русии, и за крестное целование всем битис с ними с литовскими людми до смерти и литовскому королю не зда-тис отнюдь никаторыми делы. Да языки, государь, литовские пойма­ны многие, и те, государь, языки сказывают, что литовские люди ведут под город подкопы. Милостивый государь царь и великий князь Василий Иванович всеа Русии, покажи милость, подай нам помощи, как тебе, государю, бог известит. А я, богомолец твой госу­дарев, о твоем государеве царском многолетном здрави бога молю и челом бью.

 

  ВЗЯТИЕ СМОЛЕНСКА ПОЛЯКАМИ

 

 Из записок Жолкевского

Коронный польский гетман Жолкевский, участник польской интер­венции против Московского государства, в своих записках дает много исторических подробностей осады Смоленска польскими войсками. Печатается по книге: «Записки гетмана Жолкевского о Московской

войне»,  Спб.,   1871, стр. 29—31   и  126—129.

 

                           НАЧАЛО ОСАДЫ

 

 В день св. Михаила (1609 года 29 сентября н. с.) канцлер и Перемышльский подступили под крепость, остерегаясь, чтобы им' не подвергнуться какой-нибудь опасности; гетман с теми ротами, которые находились при нем, тоже на другой день явился под Смоленском. Его величество король, дождавшись роты воеводы Брацлавского и некоторых других, на третий день потом прибыл в лагерь, через неделю, две или три пришло еще несколько других рот.

 Многие описали и начертали положение крепости Смоленской; я кратко скажу об этом. Снаружи она кажется довольно обширна; окружность ее стен полагаю до восьми тысяч локтей, более или менее, не считая окружности башен; ворот множество; вокруг кре­пости башен и ворот тридцать восемь, а между башнями находятся стены длиной во сто и несколько десятков локтей. Стены Смолен­ской крепости имеют толстоты в основании десять локтей, вверху же с обсадом может быть одним локтем менее; вышина стены, как можно заключить на глазомер, около тридцати локтей.

 Сперва мы посылали письма, желая их склонить к сдаче замка; но это было напрасно, потому что Михаил Борисов Шеин, тамошний воевода, не хотел входить с нами в переговоры и совещания. Это была правда, что не мало бояр и стрельцов вышло с князем Яковом Боря-тинским к войску Скопина и что Борятинский, оставив в Белой не­сколько сот смоленских стрельцов, с боярами присоединился к войску Скопина, под Торжком, там, где Скопин имел с Зборовским1 первое (счастливое для наших) сражение. Но несмотря на то, в Смоленске осталось также не малое число стрельцов и бояр. Всего же по переписи было там разных людей, старых и молодых, как оказалось после, более двух сот тысяч. Перешел в Смоленск один негодяй, один пере­метчик из Могилева или из Орши, который сказал им, что при е. в. короле нет осьми тысяч войска. Они говорили между собою: у нас есть более нежели сорок тысяч способных к бою, выступим и поразим их. Это пересказывали нам те, которые впоследствии переходили к нам из крепости. Полагаясь на сию толщину стен, приготовления и военные снаряды, которые были не малы; на триста почти пушек, кроме других орудий; достаточное количество пороха, ядер и множество съестных припасов, осажденные не хотели входить ни в какие переговоры.

Гетман созвал совет, по соизволению е. в. короля; на нем присут­ствовали все сенаторы, сколько их было в стане; спрашивали мнения всякого, кто только мог понимать что-нибудь, каким образом брать крепости. В немецкой пехоте, которую привел староста Пуцкий, было несколько иностранцев, которые по своему званию почитали себя све­дущими в этом деле. Был один старый полковник родом шотландец, который, вопрошенный о мнении, долго говорил, утверждая, что это зверинец, а не крепость, что легко взять его; некоторые вопрошенные надеялись взять его ничтожными какими-то шутками. Не заключая ничего решительного, и гетман2 явно обнадеживал для того, чтобы люди не теряли духа; но наедине королю сказал, что огнестрельный снаряд, у него находящийся, не в состоянии сделать пролом в столь толстой стене, чтобы он не надеялся на петарды и подкопы, как неко­торые советовали; эти хитрости удаются только тогда, когда есть воз­можность употребить оные украдкою; здесь же неприятель взял свои предосторожности, и мы ничего не сделаем ему этими хитростями. После чего он предостерегал е. в. короля, чтобы он не полагался на это и чтобы лучше последовал иному совету. Король, будучи убежден некоторыми особами, что хитрости могут произвести хороший успех, приказал непременно оные испытать.

 Таким образом, дело дошло до того, что, устроив войско в поря­док, мы сделали приступ с петардами к двум воротам, пан Вайгер, староста Пуцкий, к Копычинским (Копытинским), но это осталось без успеха, а Новодворский к Авраамовским. Перед воротами к полю не­приятель построил срубы, наподобие избы, так что за сими срубами не было прямого прохода, но должно было обходить кругом подле стены, небольшим тесным заулком, которым мог только пройти один человек и провести лошадь. Дошедши до этого сруба, пришлось Ново-дворскому с петардою итти этим узким заулком, и то наклоняясь, по причине орудий, находившихся внизу стены. Он прикрепил петарду к первым, другую ко вторым воротам, и выломил те и другие; но так как при этом действии происходил большой треск, частая пальба из

_______

1 Зборовский, Александр — польский пан, находившийся одно время на службе у Лжедмитрия II, называемого такжг Тушинским вором; разбил под Торжком московское войско и позже был сам разгромлен Скопиным-Шуйским под Тверью.

2 Гетман — так  называет себя в третьем  лице  Жолкевский.

 

пушек и из другого огнестрельного оружия, то мы не знали, произвели ли петарды какое-нибудь действие; ибо невозможно было видеть ворот за вышеупомянутым срубом, закрывавшим их. Поэтому те, которые были впереди, не пошли в тот узкий заулок, не зная, что там происхо­дило, тем более, что условились с Новодворским, чтобы трубачи, нахо­дящиеся при нем, подали сигнал звуком труб, что петарды произвели действие, но трубачи е. в. короля, которых Новодворский для сего взял с собою, при всеобщем смятении неизвестно куда девались. Си­гнал не был подан войску; таким образом, конница, полагая, что пе­тарды не произвели действия, ибо не было слышно трубного звука, отступила; также и королевская пехота, которая была уже у ворот, отступила от них.

 Таково было следствие большой надежды на петарды; однако по­теря в людях была невелика; это происходило до рассвета, еще не было видно; а как неприятель стрелял тогда, когда мы уже были к сему приготовлены, то поэтому потеряли мы не более двадцати человек.

 После сего е. в. королю заблагорассудилось придвинуть к стене орудия, а после испытать действие мин или подкопов. Гетман совето­вал не прибегать к этим средствам, ибо знал, что они не произведут никакого действия; но доложил, что если иначе быть не может и е. в. король прикажет, он при этом не пощадит трудов и не устрашится опасности. Громить же стены этими орудиями для сделания такого  пролома, в каком предстояла надобность, почитал он бесполезным, что впоследствии оказалось и на самом деле; на успешное действие подко­пов еще менее было надежды, ибо неприятель принял нужныя против этого предосторожности; от одного переметчика из крепости узнали мы, что неприятель вокруг стены со стороны поля под землею, подле самого фундамента, учредил слухи1 и сим предостерегся от опасности.

 

                   ШТУРМ СМОЛЕНСКА

 

 На валах, где прежде было множество людей, теперь, по причине недостатка их, видно было уже не много стражи; как после говорил и сам Шеин, что не осталось всего на все и двух сот человек, годных к .обороне2. Шеин исполнен был мужественным духом и часто вспоми­нал отважную смерть отца своего, павшего при взятии Сокола в цар­ствование короля Стефана; также говаривал часто пред своими, что намерен защищать Смоленск до последнего дыхания. Может быть, что поводом к этому был мужественный дух его, однако участвовало тут и упорство, ибо, не имея надежды на помощь при таком недостатке в лю­дях и видя ежедневно смерть их, все еще упорствовал в своем намерении.

Тогда е. в. король Якову Потоцкому, каштеляну Каменецкому (ко­торому по смерти брата его, воеводы Брацлавского, поручил началь­ство над войском), приказал приготовить лестницы и все нужное для приступа. Для разделения осажденных казалось лучшим пустить лю-

___________________

1 Подземные коридоры или камеры, направленные за пределы стен, чтобы слушать подкопные работы.

2 После взятия Смоленска в городе осталось не более 300—400 здоровых людей, которые уже не могли защищать его обширных укреплений, имевших це­лую милю в окружности.

 

дей на приступ с четырех сторон; сам Каменецкий избрал для себя место от Духовного монастыря (в котором стояли казаки), ниже Авраамовской заставы; староста Фелинский, брат его, против про­лома, т. е. против дыры, пробитой орудиями; немецкая пехота, числом около шести сот, близ стены, обращенной к нашему лагерю, маршал же Великого княжества Литовского возле Крылоссовских ворот, невда­леке от которых было место, наподобие свода, куда спускаема была нечистота. Новодворский, кавалер Малтийский, со слов одного мо­сквича , переправясь и потом ночью рассмотрев этот свод, взялся подложить в него пороху в надежде (как и сделалось), что порох сей взорвет стену.

Когда уже все нужное таким образом было приготовлено, в пол­ночь Каменецкий приступил со своей стороны к стене, и потихоньку взлезали на оную посредством лестниц, влез и сам Каменецкий, на стене не было кому и приметить их; и когда уже взошло наших боль­шое количество и стали расходиться по стенам и башням, тогда пока­залось только малое число москвитян при воротах Авраамовских; они хотели было защищаться, но, увидев большое число наших, бро­сились бежать вниз. Немецкая пехота со своей стороны взлезла также на валы почти в одно и то же время; но там, в недальнем рас­стоянии, находился сам Шеин с несколькими десятками человек, как бы между пробитою стеною, чрез которую влезли немцы, и, приметив их, начал перестреливаться с ними. Но услышав пальбу в той стороне, где был Каменецкий, пришел в беспокойство и поспешил зажечь по­рох, подложенный под помянутый свод. И в самом деле зажженный им порох взорвал большой кусок стены, так что проломом сим от­крылся довольно удобный вход в крепость, которым и вошел маршал с теми, кои при нем находились...

Огонь достигнул до запасов пороха (коего достаточно было на несколько лет), который произвел чрезвычайное действие: взорвана была половина огромной церкви (при которой имел свое пребывание архиепископ), с собравшимися в нее людьми, которых неизвестно даже куда девались разбросанные остатки и как бы с дымом улетели. Когда огонь распространился, многие из москвитян, подобно как и в Москве, добровольно бросились в пламя за православную, говорили они, веру. Сам Шеин, запершись в одной из башен, с которой, как сказано, стреляя в немцев, так раздражил их, убив более десяти, что они непременно хотели брать его приступом; однако не легко бы при­шлось им это, ибо Шеин уже решился было погибнуть, но находив­шиеся при нем старались отвратить его от этого намерения. Отвратил же его, кажется, от сего больше всех бывший с ним — еще дитя — сын его, и так он приказал громко звать Каменецкого, который когда пришел и удалил немцев, весьма раздраженных, коим по сей причине не доверял Шеин, сей последний вышел к- нему с сыном и со всеми при нем находившимися.

______________

1 «Врагом же наущенный смольянин Андрей Делишин бысть в те поры у короля в таборах, и сказа королю, что в другую сторону град худ, и делан в осень»,— так об этом рассказывается в летописи.

 

 ОКРУЖНАЯ ГРАМОТА ПОЖАРСКОГО С ТОВАРИЩАМИ В ИЮНЕ 1612 г. О СОЗДАНИИ ВТОРОГО ОПОЛЧЕНИЯ

Печатается  в  сокращенном виде по   изданию: «Собрание государствен­ных грамот и договоров»,  М.,   1822,  т.  II,   № 281,  стр.  593—597.

 

 В Путивль архимандритом, и игуменом, и протопопом, и всему освященному собору, и господам воеводам, и дворянам, и детям бояр­ским, и стрельцом, и козаком, и гостям, и посадским, и всяким жи-лецким и уездным людем Московского государства бояре и воеводы, и по избранию всех чинов людей,, у ратных и земских дел стольник и воевода князь Дмитрий Пожарский с товарищи, и чашники, и столь­ники, и дворяне большие, и стряпчие, и приказные люди, и жильцы, и дворяне, и дети боярские всех городов, и головы стрелецкие и ка­зацкие, и стрельцы, и козаки, и Казанского государства князи и мурзы, и татарове и всех городов всякие служилые люди, и гости, и торговые всякие жилецкие люди челом бьют. По праведному прещению божию, за грехи наши неутолим гнев наведе бог на землю нашу: стал на госу­дарство Московское Жигимонт, король польский. ..

 Московского ж государства бояре и воеводы, и думный дворянин Прокофий Ляпунов, сослався с вами, со всеми городы, и собрався с ратными людьми всех городов Московского государства, пришли под царствующий град Москву, и польских и литовских людей и рус­ских воров в Москве осадили, и целовали все крест, что было за дом пресвятые богородицы и за Московское государство помереть, и вы-брати б государя всею землею, кого милосердный бог даст. Старые ж заводчики всякому злу, атаманы и козаки, холопи боярские, умысля с своим начальником с Иванцм Заруцким, Прокофья Ляпунова убили, и всчали в полкех и по дорогам многие грабежи и убийства, а дворя-ном и детем боярским смертные позоры учинили, а бедных полонянни-ков, которые от смертного полона из города выходят, немилостивно обругали и смерти предали; да Иван же Заруцкий многие города и дворцовые села и черныя волости и монастырския отчины себе пой­мал, и советником своим бояром и воеводам и дворяном и детем бояр­ским и атаманом и козаком раздал; а которую многую денежную казну из городов привозили в полки, и Иван Заруцкий тое казну поймал себе, а ратным людем дворяном и детем боярским и атаманом и козаком, которые прямо за дом пречистые богородицы умирали, не давал; стольники ж и стряпчие и дворяне и дети боярские всех горо­дов, увидя его неправедное начинание, от грабежев и от позоров и от великия скудости из полков разъехались по городам.

 И в Нижнем Новегороде гости и посадские люди и выборный че­ловек Косма Минин, ревнуя пользе, не пощадя своего имения, учали ратных людей сподоблять денежным жалованьем, и присылали по меня, князя Дмитрия из Нижнего, многажды, чтобы мне ехати в Нижний для земского совета; и я, по их прошению, приехал к ним в Нижний, и учали ко мне в Нижний приезжати бояре, и воеводы, и стольники, и стряпчие, и дворяне большие, и дворяне, и дети бояр­ские вязмичи, дорогобужане и смоляне и иных розных городов, и я, прося у бога милости, учал с ними со всеми и с выборным человеком

с Космою Мининым  и с посадцкими людьми советовать, чтобы нам против врагов и разорителей веры христианские, польских и литов­ских людей, за Московское государство стояти всем единомысленно, и вору, который во Пскове, и Марине и сыну ее не служити и против их и тех, которые им учнут служить, стояти, а государя выбрати всею землею, кого милосердный бог даст; и советовав, дали мы в том богу душу свои, а ратным всяким людем денежное жалованье дали неоскудно...

И вам бы, господа, про то было ведомо, и прислати бы вам к нам, для общего земского совета, изо всяких чинов человека по два и по три, и против сея грамоты совет свой к нам отписати за своими руками, как нам против общих, врагов, польских и литовских людей, стоять, и как нам в нынешнее злое настоящее время безгосударным быть, и выбратиб нам государя всею землею, кого милосердный бог, по своему праведному человеколюбию, даст; а будет, господа, вы к нам на совет вскоре не пришлете, и от вора и от Марины и от сына ее не сотста-нете, и С; нами и со всею землею не соединитесь, и общим советом на Московское государство государя не учнете с нами выбирати, и нам, господа, с сердечными слезами с вами ростався, всемирным советом с поморскими и с понизовыми и с замосковными городы выбирати го­сударя, кого нам бог даст, чтоб нам в нынешнее злое время безгосу­дарным не быть, и государство Московское и все городы Московского государства без государя до конца не разорились. ..

 

        СБОР ДЕНЕГ НА ЖАЛОВАНЬЕ РАТНЫМ ЛЮДЯМ ВТОРОГО ОПОЛЧЕНИЯ

 Из приходной книги Нижегородского уезда 1612 г.

Печатается по  изданию:  «Временник   Императорского   общества исто­рии и древностей российских»,  М.,  1853,  книга  17, стр. 1—2 (Смесь).

 

 Да неокладных всяких денежных доходов против прошлого 7119 (1611) году: с судных дел пошлин и поголовщины, и да кабацкие суды за кубы и за трубы, и с изменничих лавок оброка, и с Осовет-иких лугов, и с пива и с медов провозных денег, и с дворовых и с ла­вочных купчих записей пошлин, и с кабака откупу по разчету, и за Балаховский за кабацкий воск, и зернового и кормового суда, и извоз­ного откупу, и за зелье и за свинец, и с пустошей с сенных покосов и с земли оброку, и явочных денег и всяких неокладных доходов взято сто восемдесят рублев и девятнадцать алтын, две деньги, да сверх того прибрано тех же неокладных денег пятдесят два рубли и семь алтын, полторы деньги1.

Да с служилых кабал и записей, которые деньги посланы в холо-пей приказ в нынешнем в 7120 (1612) году, взято двадцать рублев и семь алтын, пять денег.

________________________

1 Денежный счет в Московском государстве был следующий: в рубле счи­талось 100 копеек или 200 денег, в копейке было 2 деньги1; алтын равнялся 3 копейкам или 6 деньгам.

 

 Да по приговору околничево и воеводы князя Василья Ондреевича Звенигородского, Ондрея Семеновича Олябьява, дьяка Василья Се­менова, да земских старост и целовальников Петра Григорьева, да Федора Маркова с товарыщи и всех посадских людей веленр взяти с Нижгородского уезда, с дворцовых и с бортних и с мордовских сел и с деревень казанским ратным всяким людем на корм с выти по две чети овса, за сено с выти по рублю денег и тех денег с дворцовых и с бортных сел и с деревень взято со ста с осьмидесяти с одной выти без пол' пол' пол'чети выти сто восмьдесят рублей и тридцать два алтына полчетверти денги.

 Да казанским же ратным людем на корм взято овса с дву сот с семидесяти с девяти вытей с полвытью без пол'чети выти пятьсот пятдесят деветь чети без полуосмины овса.

Да в приходе ж неокладных доходов, которые взяты по приговору околничево и воеводы князя Василья Ондреевича Звенигородского, Ондрея Олябьява, да Ивана Ивановича Биркина, да диака Василья Семенова, да выборного человека Кузмы Минина, да нижегородских земских старост и всех нижегородских посадских людей ратным лю­дем на жалованье, которые пошли из Нижнего с столником и воево­дою с князем Димитрием Михайловичем Пожарским, да с выборным человеком с Кузмою Мининым для московского очищения у всяких людей, покаместь нижегородские денежные доходы в зборе будут.

 У Никитиных да у Максимовых людей Строгановых, у Юшки да у Митюшки Петровых взято три тысячи сто шестнадцать рублев. У Григория Микиткинова, что был у Федора Родяева, пятсот рублев. У Ярославцева, у Василья да у Степана Лыткиных триста пятде­сят рублев. У Максимовых людей Строганова у Матвея Петрова с товарыщи тысяча рублев. У Сергея Петрушина сто рублев. У Яро-славца у второго Чистово сто рублев. У москвича у Оникея Порыв-кина да у Филипа Дощаникова сорок рублев.

Справил подьячий Васка Ураков

 

    ПОРАЖЕНИЕ ХОТКЕВИЧА ПОД МОСКВОЙ Из сказания Авраамия Палидына

Авраамий Палицын (келарь Троицкой лавры, ведавший ее громад­ными земельными имуществами) описал поражение поляков под Москвой, как очевидец. Текст печатается по книге: «Сказание о осаде Троицкаго Сергиева монастыря от поляков и Литвы и о бывших потом в России мятежах». Печатано в Московской типографии» 1784 г.,

стр. 235—244.

 

О ПРИХОДЕ ВТОРОМ К МОСКВЕ ГЕТМАНА ХОТКЕВИЧА И О БОЮ С ПРАВОСЛАВНЫМИ

 

 Не по мнозих же днех прииде гетман Хоткеевичь со многими поль­скими и литовскими людми и с запасы, и того дни бысть им бой под Новодевичьим монастырем с полки князя Дмитрия Михайловича. И сперва литовские конные роты русских людей потеснили, и потом же многими пешими людми приходили на станы приступом, и билися с утра и до вечера. И паки господь бог милость показа, литовских лю­дей от станов отбили, и за Москву за реку прогнали, а которые ли­товские люди выходили из града очищати Водяных ворот, и тех людей побили, и знамена поймали, а боярин Князь Дмитрей Тимофеевичь Трубецкой со всеми своими полки тогда стоял за Москвою рекою у пречистой Богородицы Донския1; в нощи же той от гетмана про-идоша во град к литовским людем гайдуков шесть сот человек, а на утрие вышедшие из грады, за Москвою рекою у страстотерпца хри­стова Георгия 2 острог взяли и знамя свое поставили на церкви. Зве­рообразный же гетман Хоткеевичь прииде от реки Сетуни 3 со всеми своими людьми ко пречистые Богородицы Донские; рустии же полцы сполчишася противу ему, стрельцы же и казаки вси сташа во рву. Сиа же быша в третий день по приходе, гетманове. Светающу поне­дельнику начата полци сходитися бе бо от обок» страну множество бесчисленно людей; окаяннии же лютори4, польские и литовские люди нагле зверообразным рвением наступиша на московское воинством божьим же попущением грех наших ради рустии полцы вдаша плещи свои, на бегство устремишася, такоже и пешие все, ров покинувше, побегоша, и острог у святого Климента 5 покинули, из града же вы­шедшие литовские люди в том острошке сели, и знамена на церкви поставили, и запасы многие от гетмана в тот острог ввезоша, яко ни­кому же им возбраняюшу. Но егда уже изнемогаши силе нашей но нет конечно еще отчаявшемся и ко спасителю своему и творцу душевнии и телеснии очи возведше от всея души возопиша помощи на сопро-тивных просяще. Тогда всемогий вскоре показа крепкую свою и непо­бедимую силу. Казаки убо, которые от Климента святого из острошку выбегли, возревшеся на острог, видеша на церкви литовские знамена и запасов много во острог вшедших и зело умилившееся и воздохнув-ше и прослезившиеся к богу: мало бо их числом. И тако возвращеся устремишася единодушно к острогу приступом, и вземше его, литов­ских людей всех острию меча предаша, и запасы их поимаша, прочий же литовские люди устрашишася зело и вспять возвратишася, овии во град Москву, инии же к гетману своему; козаки же гоняще и поби-вающе их, яко и самим им удивляющимися силе божий. Позавиде же диавол славе божий яко змий мечтаяся, вложи мысль лукаву тем ка­закам, иже литовских людей побивающе, первее убо удивляющеся помощи божий и благодаряще бога, яко не мнозем им толико их изби-вающе противных, таже размышляюще видеша мнозих стоящих и не­помогающих им, исполнишася гнева, возвращахуся в жилища своя,

________________________________________________

1 У  Донского  монастыря  в   Замоскворечье,   на  южной  окраине  города.

2 У церкви в Замоскворечье, между Москва-рекой и Канавой, теперь на этом же месте стоит церковь XVII в.

3 Сетунь впадает в Москва-реку теперь в черте города, выше Воробьевых гор.

4 Лютори — от имени М. Лютера, основателя протестантизма (лютеран­ства), обвинявшегося в ереси; польские и литовские люди были католиками, лю-терами их называли в переносном смысле, как неправославных.

5 Церковь Климента на Пятницкой ул., перестроена в XVIII в. и стоит на месте острожка.

 

укоряюще дворян, многими имении богатящихся, себе же нагих и гладных нарицающе, и извет дающе, яко к тому им на брань ко вра­гом не исходити николи же. И сиа видевше врази, яко отступиша от них казаки, велико дерзновение прияша, и поставиша обоз свой у церкви святыя великомученицы Екатерины 1, и ров наполниша пе­шими людми, и за рвом станы себе доспеша, и запасы своя ввезша поставиша. Видев же сия бываемая злая столник и воевода князь Дмитрий Михайлович Пожарский, и Козма Минин, и в недоумении быша и послаша князя Дмитрия Петровича Пожарского Лопату к Троицкому келарю старцу Авраамию, зовуще его в полки к себе, бе бо тогда старец с прочими молебная совершающе пред образом святыя и живоначальныя Троицы, и пречистыя Богородицы, и великих чудо­творцев Сергия и Никона молящеся о побеждении на враги на месте, иде же был Обыденный храм во имя святого пророка Илии 2. Келарь же слышав скоро пойде в полки, и видев князя Дмитрея и Кузму Ми­нина и многих дворян плачущихся, и со враги братися без казаков немощных себе показующя и умолиша старца, послаша его со многими дворяны в станы казачьи, моляше их, чтобы врагом не подали, и взем бога в помощь скоро и немедленно шли противу их, и запасы бы их I в город не пропустили. Келарь же, сия слышав, такожде слез напол­нился, и яко забыв старость и призвав бога в помощь и великих чу­дотворцев молитвы, скоро пойде к казаком к острошку Климента свя-[ того, и виде ту литовских людей множество побитых, и казаков и с оружием стоящих и много молив их со слезами, и первое позволе-1 ния им изрече сице: яко от них начася дело доброе, ставших крепко за истинную православную христианскую веру, и раны многи прием-люще, и глад и наготу терпяще, и прослывше во многих далних госу­дарствах своею храбростью и мужеством, «ныне ли братие» рече, «вся та добрая начатия един временем погубити хощете?» Много же и ина изрече им, утешая их и понуждая итти на противныя: они же, слы-1 шавше сия от келаря, зело умилишася -и молиша его, дабы ехал к про- [ чим казакам в жилища их и наказал и умолил итти на противных; сами же обещающеся вси умрети хотящи, а не победивше врагов I своих никакоже возвратитися.

 Келарь же, паче укрепляя их, и дерзости повелевает, и звати ясак чюдотворца Сергия, «и узрите», рече, «славу божию». Егда же прииде старец близ Москвы реки против церкви святого  христова  мученика] Никиты3,   у   реки   же   множество казаков идяху в станы своя, и мед-ляще прехода ради реки, келарь же многа молив их со многими еле- | зами, якоже прежде. Слышавше же сия все многочисленное воинство казаков,   внезапу   умилившеся,   внидоша в страх божий, и вси скоро! устремишася   ко   врагом   на   бой,   и не дошедше станов своих яко ни! единому не остатися от них друг друга понуждающе, глаголаху:  «поскорим, братие, пострадати за имя божие и за православную истинную

____________________________________-

1 Эта  церковь  также   стояла   на   Пятницкой  улице.

2 Церковь Ильи Обыденного стояла на левом берегу Москва-реки,  вне Белого ' города.

3 Церковь  Никиты Мученика (в переделанном виде сохранилась до  сих пор) стояла на горе  при  впадении Яузы в Москва-реку.

 

христианскую веру». Прочие же казаки, стоящие за рекою у церкви святого великомученика Никиты, видеша, яко братия их вскоре воз-вратишася на бой, и не дождавшеся келаря, противу ему грядяху чрез реку, овии бродяху, инии же по лавам идуще; келарь же и тех умолив и много поучив от божественных писаний; они же с радостию скоро поидоша на бой, бога в помощи призывающе и чудотворца Сергия, единогласно кличуще ясаком: «Сергиев! Сергиев!» Егда же прииде ке­ларь в станы казачьи, и ту обрете их многое множество, овых пию-щих, а иных играющих зернию1. Келарь же сих множае перваго по­учив, казаки же все изъидоша из станов своих со оружием и пове-леша звонити, кличуще ясак: «Сергиев! Сергиев!» и поидоша вси на бой.

 

О ВЗЯТИИ ОБОЗА И О ПОБЕГЕ ЛИТОВСКИХ ЛЮДЕЙ

 

 Приспевшим казаком ко обозу у великомученицы христовы Екате­рины, и бысть бой велик зело и преужасен; сурово и жестоко напа-доша казаки на войско литовское; овии убо, боси, овии же нази, токмо едино оружие имуще в руках своих и мечь при бедре своей, побивающе их немилостивио, и обоз у литовских людей разорвали и запасы по­ймали и в остроге литовских людей всех побили; от множества бо тогда вопля и кричания сбою страну не бе слывдати пищального стуку; но токмо огнь и дым восходящь, от дыму же темну облаку нашедшу и покрывшу войско все, инии же пришедше ко рву и литовских людей всех изо рву выгнаша, на них же приспевшым воеводам со множе­ством конник, и бысть врагом велика погибель, и станы их в разграб­ление взяша, прочая же в воздух дымом разлияшася. Гетман же Хоткеевичь, видя своих избранных множество побиенных от воинства православных, убояся, пометав вся своя, побеже. Православнии же гнавше по них, многих избиша и возвратившеся с великою победою, вземше вся запасы их и оружия и вся имения их пограбивше, во своя станы внесоша. А гетман с вставшими своими ротами ста на Воробьеве горе.

 

  РАЗГРОМ ПОЛЬСКИХ ИНТЕРВЕНТОВ В МОСКВЕ Из «Нового летописца»

(«Временник императорского общества истории и древностей российских», 1853,  книга" 17, стр.  154—158)

 

О   боях с  гетманом   под   Москвою,   и   о взятии   Вологды  от   Черкас, и  о взятии Москвы  над  королевскими  людьми,  и  о выходе  из Рус­ский земли короля польского

На утрие же вестницы приехав сказаша князю Дмитрию Михай­ловичу, что гетман из Вязмы поднявся идет и уже близ Москвы. I етман же пришед стал под Москвою на горе, нарицаемой Поклон­ною; таже оттуда пришед переправися через Москву реку под Ново-

_____________________

1 т. е. играющих в кости.

 

девичьим монастырем, и прииде на бой к Чертолским воротам1 на князя Васильевы таборы2 Туренина. Князь Дмитрий же Михайлович Пожарской со всеми ратными людми выйде против его, а князь Дмит­рий Тимофеевич Трубецкой, вышед со своими, ста по другой стороне Москвы реки у Крымского двора, и присла ко князю Дмитрию Пожар­скому, чтоб прислал к нему в полк конных сотен, чтоб промыслить над королевскими людьми с стороны. Князь Дмитрий же Пожарский, надеяся правде быти, посла к нему, выбрав лучших людей пять сот сотен. Бывшу же бою с гетманом, от перваго часа до осмаго, бияхуся с ним едини конные князя Дмитриева полку Пожарскаго; а от князя Дмитрия Трубецкаго из полку ни един не изыде в помощь. Ка­заки ж, яко пси лающий, поношаху, глаголюще: богати пришли из Яро­славля и сами едини могут отбитися от гетмана, и много безчество-ваху; посланных же конных сотен князь Дмитрий Трубецкой удержа и не пусти на бой. Князю Дмитрию же Пожарскому и всем сущим с ним воеводам, которые с ним пришли биющимся и не могущим сто-яти против гетмана конными людми, а гетман наступаюше на них жестоко, и хотяще всех побити. Князь Дмитрий же Пожарской и вое­воды с ним повелеша всем сседая, с коней битися; и бывшу бою крепку зело, имаяся бо за руки сечахуся, и мнозии от обоих стран па-даху. Сие зрящи из Трубецкаго полку присланные от Пожарскаго конных сотен головы поехаша со всеми без повеления его;' Трубецкой же не хотяще их пустити; они же не послушаша, и пришед в полк к биющимся и велику помощь учиниша. Трубецкаго же полку ата­маны Филат Межеков, Афонасей Коломна, Дружина Романов, Марка Козлов со всею дружиною своею поидоша самовольством на помощь к биющимся, глаголюще к Трубецкому: в вашей нелюбви Московскому государству и ратним людем пагуба точйю чинится, чесо ради не по-могаеши погибающим; и приидоша на помощь к Пожарскому, и посо­бием божиим гетмана поразивши отгнаша; он же отшед ста на горе Поклонной и оттуда прешед ста у обители, нарицаемыя Донския. В ту же нощь некий изменник Гришка Орлов, имущи с собой 600 че­ловек гайдуков, пройде в Москву и гайдуков поставил на брегу Москвы реки, у церкви Георгия, иже в Яндове, а сам вниде во град ко изменником. Августа ж в 23 день, на память святого митрополита Петра Чудотворца Московского, пойде гетман прямо ко граду, хотя пробитися во град и провесть запасы, понеже во граде велий глад належаще. Князь Дмитрий же Трубецкой, вышед против его, ста от Москвы реки от Лужников, а князь Дмитрий Пожарской от своей стороны ста у Москвы реки, у церкви пророка Илии, рекомого Обыден­ного; воевод же, из Ярославля присланных, поставиша во рву, где был древяный град, и послаша против гетмана многия сотни; начаша ж битися от первого часа и бишася до шестаго, ни на единой стране победа не являшеся. Гетман же собрав всех лучших людей и всеми людьми учинил напуск, и смяте всеми людьми конными и пе­шими, и гна их до самыя реки Москвы; аще не бы устоял князь

_________________

1 Так назывались раньше Пречистенские ворота в Белом городе; теперь  это место  в   Москве  известно   под  названием  Кропоткинских  ворот.

2 Табор — лагерь,  окруженный в  виде   стены  телегами.

 

Дмитрий Пожарской с своим полком, побил бы многих. Князь Дмит­рий же Трубецкой и казаки с ним отшедше в таборы своя, а гетман, видев сие, пришед, ста у церкви Екатерининской и таборы своя устрой тут, и острожек, стоящий у церкви Климента Римского Папы, и каза­ков в нем седящих взял, а посади в него королевских людей. Ратники Hie вси во страсе быти велицем; воеводы же вси посылаху к казаком, чтоб за едино стояти против гетмана; они же не хотяху. Прилучижеся тогда быти в полку князя Дмитрия Пожарского Троицкого монастыря келарю Аврамию Палицыну; сей шед к казаком в таборы и обеша им дати монастырския казны, да идут на гетмана; оне ж обещанием казны послушавше поидоша и, обославшеся с полком Пожарскаго, приидоша на гетмана со обеих сторон, и вкупе соединившеся первее взяше паки острожек Климентовский, и всех седящих в нем побиша, единих угров1 убиено в нем 700 человек, и паки заседоша в нем мо­сковские людие. Прочая же пехота вси разно скрышася по ямам и по иным местам, яко же утаиться мощно, стрегущи пути онаго, да не пройдут запасы от гетмана во град. Вси же людие начата со слезами взывати к Богу, да помилует падших и сотрет рог сопротивных, и обе-щавшася вси вкупе воздвигнута храм пресвятей богородице честнаго ея сретения и апостола и евангелиста Иоанна Богослова, и чудо­творца Петра, митрополита Московскаго. День же преклоняшеся к ве­черу, бог же, услыша вопль призывающих его с верою, посла свыше помощь сицеву; немощнаго и к ратному делу неискуснаго охрабри Ни-жеградца Кузму, Минина сына, Сухорука, От него ж первее таковое собрание очищения ради начася, да не похвалятся силнии силою своею и не рекут, яко мы тако учинихом, не в лыстех бо мужеских благово­лит, но волю его творящих. Той Кузма, пришед ко князю Дмитрию Михайловичу, прошаше у него людей, хотяше сам идти битися; он же вопроси его, колико требует; Кузма ж малых людей взя, единаго ротмистра Хмелевскаго, да дворян три сотни; против же Крымского двора постави гетман две роты; конную да пешую, Кузма ж, перепра-вясь за Москву реку, великою прудкостию напусти на оныя две роты, бог же устраши их пред ним; абие нимало постоявше, обратившися к таборам своим побегоша; конная рота пешую всю потопта, Кузма ж, видев их смятшихся, паче приложи за ними гнати; пешие ж москов­ские люди, седящие в ямах и в прочих тайных местах, стерегущи пути во град, чтоб запасов не пропустити, слышаша вопль побивающих и побиваемых и видеша королевских людей от Кузмы бежащих велиим стремлением, абие вси во един час от всех мест, иде же скрышася, на­прасно искочивше бежаху к таборам гетманским. Гетман же с людьми своими абие престрашися и, вся оставив, побеже из таборов своих вон. Воеводы ж и вси ратные люди прогнаша его за рвы, сами ж сташа по рву; где был древяный град; таборы ж гетманские вси раз-грабиша и запасы, что хотел ввести в Москву, все отъяша. Ратнии ж прошахуся идти в след гетмана, хотяще гнати его; они ж возбраниша им, глаголюще г довлеет ныне сего, да по приятии радости скорбь не приидет, се помощию божию прогнася от нас. И повелеша им всю нощь бодро стояще стреляти, и бысть стрельба от московских людей

________________________

1 Угров — венгров.

всю нощь. Гетман же, отбежав и не виде гонящих за собою, ста на прежнем своем месте у Донския обители; слыша же стрельбу москов­ских людей, чая на себя в нощь оную паки приходу, повеле всем стояти в готовости, и прежде свитания дню побеже прочь, и срама ради и малолюдства пройде прямо во свояси, нигде не являлся.

 

 ИЗ УСТАВА РАТНЫХ И ПУШЕЧНЫХ ДЕЛ 1607-1621 гг.

 

 Устав был составлен при Василии Шуйском и дополнен при Михаиле Феодоровиче Романове. Текст взят по первому изданию: «Устав рат­ных, пушечных и других дел, касающихся до воинской науки, состоя­щий в 663 указах, или статьях, в государствование царей и великих князей Василия Иоанновича Шуйского и Михаила Феодоровича всея Русии самодержцев, в 1607 и 1621 годех выбран из иностранных военных книг Онисимом Михайловым, напечатан с рукописи, найден­ной в 1775 году в Мастерской и Оружейной палате в Москве. Часть I, содержащая 210 указов, или статей. Издана под смотрением асессора Рубана в Санктпетербурге, при Государственной военной коллегии, 1781 года».

Лета 7114 (1606) великий государь, царь и великий князь Васи­лий Иванович (Шуйской), всея России самодержец, избран на вели-кия прославныя господарства и царствия царем и великим князем, всея России самодержцем, и по своему царскому изволению и при­зрением к воинству, всего Российского царствия, желая к крепкому ратному строению имети в надежу великим государствам Российского царствия, указал сию книгу с немецкаго и латинскаго языков на рус­ский язык перевести о пушечных и инных розных ратных дел и ма-стерств, понеже в те лета различныя ратныя хитрости в воинских де­лах изрядными и мудрыми и искусными людьми в разных странах строятся во Италии, и во Франции, и во Ишпании и Цесарской земле, в Голландии, и во Англии, и в королевстве Польском и в Ли­товском, и во иных разных господарствах. И что во всех странах, как подобает воем служити, и те все дела указал, Царь и великий князь Василий Иванович, всея России самодержец, написавши сию книгу на Москве от сотворения мира в лета 7115, а от воплощения господа на­шего, спаса и бога Иисуса Христа 1607; по том при державе великаго государя царя и великаго князя Михаила Федоровича, всея России самодержца; избранного на великих и преславных государствах, Рос-сийския державы царем и великим князем всея России и самодерж­цем. И при его государеве первопрестольнике, отце и богомольце крайнем, при великом господине и государе, святейшем Филарете, патриархе Московском и всея России. Написал сию воинскую книгу к царскому величеству, его государской холоп многогрешный Онисим Михайлов, в великом богоспасаемом и царствующем граде Москве. В лето 7129 (1621), сентябре в 26 день.

 

                              УКАЗЫ ИЛИ СТАТЬИ ВОИНСКИЯ

 

1. О обозах и полкохождении и о станех, и как обозы смыкати и в них шанцоватися, сиречь: турами, гасары или инным чем оградиться и укрепиться и как с обозом с стану подыматися, и как грады про­мыслом и крепости осадити и облечи и обшанцовати, и подкопы во-

дити, и как грады и крепости и инное градское строение устроити, и как в мирное и в воинское время к градом бережение имети, и вся­кими потребными запасы запастися, и сколько ко всему воинскому походу всяких пушечных запасов и подъем людей и сколько казны к тому на проторы надобеть.

2. Объявление обозу и полком учреждение, в котором воинския конныя и пешия люди в полном ополчении ходят: аж будет идучи походом от нахождения и утеснения недругов страшно отойти и для ради того устраиваются такие однорядные или двоерядные обозы, и меж того устроити снаряд большой для того, чтоб можно от стану до стану безстрашно пройти: и для того с переди, с верху и с обеих сторон покамест полки идут, укрыти полки обозными телегами и сдвигати телеги часто, чтоб недруг во время походу помешки и утеснения не учинил, и такие полковые уряды не в всяких местах можно вести, разве в равных землях, как в Угорской (Венгер­ской) земле, где мало лесу, и гор, и долин, и воды и потопей тому подобно, и для того коли от недруга качаются утеснения, стоят такие s уряды полки с обозом, в чем от недруга отходити, и легкой полковой снаряд возится на переди и на зади, и подле ево идут пушкари, кото­рым доведется (быть) во время нахождения недругов. Из таких пушек по находящих стреляти, а большой стенобитный проломный снаряд со всеми их запасы устроити по среди полков, и укрыти его подле полко­вых запасов и инных телег. И так идут воинские люди походом ополчася меж затыльных стрелков, которые устроены со всех четырех сторон притчею, недруги учнут находити, что б оне на встречное стоя­ние вооружены противу недруга близко были, чтоб полком воинством конным и пешим в полном утверждении и в перед итти. И как такие полки, полк за полком на переди и на задй и по стороны в добром уряде устроены, и как полки меж обозов идут, и то дает разумети знамя ниже сего.

  Об образце продолговатом и полукруглом обозе около стану или полков, как ево устроити: и таким образом, который объявлен знаменем ниже сего, добре обоз устроити около станов в просторных и равных местах, и во время нахождения недругов, чтоб ополчася и безстрашно от недругов отходить, а починается тот обоз с переди от А, и свертится кругом до Б. И как будет, так около стану устро­ится и телеги все вместе смыкати и сдвигати их вышли вместе, и как их связати, чтоб ни коими делы телеги от телеги не возможно разлу-чити ни разорвати, а на переди у стану в знамени и помечено Ц, и у того слова доведется снаряд полковой все рядом. И стати от А в низ до Б, и так возможно внутри обозу половину затыльных стрель­цов позади и по сторонам подле телег устроити, как им итти или стоять, для того, чтобы недруги приступом не вломилися, и как такие обозы около станов строити или смыкати и по тому указу чинити обозная голова и писано о том в инных статьях; а где случатся рав-ныя и просторныя поля и места по потребе или угожие и тут подо­бает таким образом быши особливо в углах, и где великих, просторных мест довольно есть, и такие устроены урядные обозы не одно что мудро и красно видити; но и велико угодье от кахожения и приступу недругов пригожается, хотя полукруглым кружалом окружено и одна сторона с переди не огорожена и она устроена полковым снарядом и защищено и денною и ночною сторожею устроено, и тут же в обозе ограждено сплошное место, на котором месте в приточную пору воин- • ские люди сбираются и содерживаются и большой снаряд и полковой уберегают и укрывают, и бывает в обычье, что конные воинские люди перед шанцов и станов для сторожи выежают, и чтоб им всегда воз­можно назад в обозе задитися, а где обоз сомкнут и таким нигде обозу не разламывати, а выпущати их и в обоз пущати у ворот по разпросу полкового снаряду сторожей.

  О утверждении обозу: каким укреплением обозным годится изыскати многие разные пути прежде, и сыскать места здоровые, а обозные телеги поставите и сомкнути вдвое; да аж будет неволя постижет раставити снаряд, и затыльных стрельцов между обозных телег, а конными и пешими людьми устроиши крепкия сторожи, а будет недруг приближится; и обоз надобно крепити, надолобами и выкопати кругом рвы, шириною девять ступеней, а глубиною семи ступеней, а землю метати всю назад себя к обозу, и учинить к обозу прислоны или плетени, или перила, и вырытую землю изо рвов метати к обозу к защите, и учинити выше грудей бой, да подошевные стрельные бои, а ворота укрепити крепкими запоры, и ко всему тому исполнению и устроению доведется шанцокопам и иным работным людей повещати всегда и им объявити: коли учинится в день или в ночи всполох, и где которым людям быти, и куда которым ехати, и бежати, и что кому делати, тому есмя назнаменовал кружальные, и продолговатые, и четвероуголчатые, и троеуголчатые, и полукру-жальтые обозы для памяти, яко же есть разумети и видети.

Такие обозы строити доведется, места просторные разумно разде-лиши конным и пешим воинским людем, и где снаряду стояти и всей пушкарской снасти, чтоб им коли доведется к бою полки свои устро-ити на выласку было просторно, так же и снаряд пушечный со .всеми запасы надобе урядно уставити, а запасы пушечные от притчи и шкоды особно оберегати, а только над порохом, которая хитрость изменою учинится, и в том все войско будет в погибели.

 Ко всему тому аж будет возможно добро б было, что б всякие станы были с одной стороны к крепи ко рвом или к горам, или к валу, к лесу, или к текучей, или к стоящей воде, или ко мшарине, или к топи и ко мхом, и к инным крепям тем же подобным к пособе и защите, и как бывает во время приточное при недрузех от такия крепи с дру-гия стороны вскоре мочно другую половину учинити шанцою, или обо­зом, как покажет после сего, не подалеку к знамени станом и обозом, у рек очевидно, и через какую реку учинен образец судовому мосту.

  Указ, как воинских людей в стану уставити, как их в похо-дех и в полку во время бою учередити и устроити: как будут такие прежеименованные чины приказы всеми потребами устроены, потом собрати все полки конные и пешие во едино место со всем нарядом, и что к тому годно, и не доходя полков недружных учинити стан воинских людей, уставити в стану всех по чинам, как доведется и учиниши из изневестью (нечаянно) нарочной сполох, и чередити все воинские люди конные и пешие в полки, как доведется на бою против недруга стояти; для того что б воинские люди на то ведались и привыкали и во всем бы их видели, каковы они к тому явятся, и что к тому еще надобе, и чтоб воинские люди к тому кой же сам навыкал учреждатися, и знали б, как им на бою против недруга стояти, а такой сполох и уряд к тому надобен, и то добро чтоб мочно видити и сметити притчею в том, какие недостатки явятся, и тем бы и пастися покаместа еще до того не дошло, что с недругом сойтися, и что и все полки, и что к тому надобно мочно в добром урядстве и устроя держати.

  Указ воинских людей перед напуском против недрузей славы, словесы увещати: первое, как к воеводе прямая весть придет, что недруги приближаются, и не может инако быти разве что с ними бытися и воеводе показатися к своим полчанам, веселым обычаем'-и их на то наговаривати, чтоб они так делали, как достоит делати прямым воинским людям и по крестному целованию, на что они государю своему и крест целовали в правду, что б они смело и храбро на супо­статов напускали, а самому б ему сказатися быти в напуску первому человеку, а как к тому придет, что того переменити невозможно, ему их укрепити, что б они по своему крестному целованию и с желанием исполнение учинили и молвити им, лутче есть честно умрети, нежели с безчестием жити, и так предатися.в руце божий.

  Указ о напуске бою побить ли или самих побьют, как им пребывати по левую сторону и пеших людей доведется быти затинным стрельцам по четыре или по пяти в ряд устроити их, и подле пеших людей, от первого ряду до последняго, а только тех больше четырех или пяти в ряд устроити, и то бы было не добро, по тому коли со той стороны откуду затинщики устроены, доведется долгия копья про­тив недругов и их напуску установити, и в том как будет широко затинщиков и копейщиков в том бывает помешка, а по правую сторону того урядного полку пешаго, доведется устроити полк конных людей, или с однем двадесят в одном ряду в полных доспехах от главы и до ног и лошади б у них были окованы, а больше б того числа не было, а стояти вместе тесно, а за ними стоять всем рядовым дворянам, и детям боярским, и инным служивым конным воинским людем. Да еще доведется таким же доспешным людям, по два в ряд за всем конным полком стояти, и так стояти сотня за сотнею в один ряд и конных людей укрыти теми доспешники, а с другой стороны будут они укрыты воинскими пешими людьми, а полку конному доведется стояти подле пеших людей с правые стороны, а не добре наперед выдаватися и не противу перьваго ряду; перьвому ряду конному дове­дется против ряду пешаго, средняго против прапоров итти, а прежде конных пеших не напускати людей, напустиши прежде пешим людям, для той причины, что пешим далече бежати, что б им у конных людей остатися, а конным бы у них не уехати, а напустити бы сшедшися с людьми, а захватиши б перед, елико возможно солнца и ветру о том многое обстоит для пыли и для дыму, а конным самопальником итить доведется за нарядом, коли наряд бывает разделен на двое, как прежде молвлено, а конных самопальнкков устроити по правую сторону, и как то зделается, доведется людям сойтися с людьми, да не забыти конных людей оставити на ряду и у пороху, а стояти бы на одном месте и того беречи, что б извозные люди седчи на лошади не побежали прочь, и для такова недостатку бывает, что и наряд мечут, где было и мочно с собою взяти и увести, и всякое дело дове­дется имети в добром уряде и несколько бы стрельцов и конных людей наперед послати и им бы прежде на первые люди напустиши и итти в твердом уряде.

А есть многие образцы и пути к полковому бою с переди учре­ждают остро, а назади широко и треугольчато, а инное серпом, или полумесяцем, а инное четвероугольчато, которое есть всего лутче и тем обычаем доведется устроити конные и пешие полки, и бывает то, что между пешими людьми укрывают полковой наряд, и как случится к напуску, и пешие люди роступятся из наряду, в те поры доведется по недружным полком стреляти, и после побоища доведется досталь-ных людей конных и пеших пересмотрети, а будет случится, что недруги побьют, доведется промыслом от людей к лесу или к инным крепям отходити, а будет люди свои поостановятся, и позберутся и укрепятся, а недрузи в те межи падутся забытошно над грабежем, и то дело надобное, что на недрузи в то время напустити и даши воинским людям причину, чтоб погибшее опять поворотити и как бы преодоление содержати, по тому они больше подвижны на грабление,. нежели своего крестного целованья памятуют, и для того надобно воеводам и головам и всем приказным людям воинских людей укреп­лять, чтоб они всегда в своем урядстве стояли, елико возможно, пока места они преодоление гораздо содержати да послати несколько конных людей около лесов по инным крепям дозирати те побитые или беглые недружные нехотят ли опять собратися.

 О четырех статьях полкового наряду... Пять пищалей дра­коны, они же именуются змейноты, стреляют железное ядро по пят­надцати фунтов.

Шесть пищалей шляг каноны, они же именуются змеи, стреляют ядро по осьми фунтов.

Десять пищалей фальконетов, они же именуются полузмеи, стре­ляют железные или свинчатые ядра весом по четыре фунта.

Четырнадцать пищалей фальконетов, они же именуются сокольи стреляют железные или свинчатые ядра по два фунта.

Да к тому же наряду доведется устроити две огненные пушки.

И всего тридцать семь пищалей и пушек полковых и огненных да осьмнадцать проломных стенобитных пищалей и обоего пятьдесят пять пушек и пищалей.

  По том бывают большие верьховые пушки, две пушки можжиры и стреляют теми пушками в верх каменное ядро весом по контарю, иа таких пушек пробивают своды крепкие, а весу в них по пятидесят контарев.

Двенатцать верьховых четвертных пушек, они же именуются малые можжирки, весу в них по полутора контаря, стреляют каменное ядро по осьми фунтов.

И всего верьховых пушек шестнадцать можжиров, стреляют они каменными и огненными ядры, две полуверховых, весу в них по два-тцати по пяти контарев, стреляют каменные ядра по пятидесят фунтов.

 О пушкарях и о их наймех, которые стреляют из пушек и из пищалей Шарфмецоп или василисков или из соловьев, или из певиц

и из  квартанов, те  пищали  стенобитные,   и такие   люди, которые  из них стреляют, именуются пушкари.

 А которые из полковаго наряду стреляют из драконов, из змей, из чегличков, из соколов, и те люди именуются стрелки, один именуется драконов, или змеин стрелко, а другой именуется чегличей, или соколей стрелко, а пушкарем такова не называти.

  Объявлено о всех великих чинех и о приказех так же живет много и воеводским не прележаньем и непризороме приказные люди бывают и погибают, и для того подобает в воинству государю самому часто во всякие дела взирати и обо всех делах самому великое попеченье имети, и как он так учнет делати, и на то смотря, учнут при­казные люди всегда о всем большую печаль имети и к делу приле­жны будут.

Указ о осадех, как который град осадити и людьми облечи: пре­жде всего подобает посылати под город воинских людей разумных расмотрети крепостей и всяких угодей, и где доведется государю или воеводскому стану быти и такие б места гораздо приметити, и как то зделается, и воеводе и всем головам за то дело б еще принятся, и о том подумати, как бы ближе ворот шанцы копати, и туры и тарасы ставити, сколько возможно именито, для двух причин, перьвое: кото­рые сидят в городе люди устрашатся, второе, только будет в городе все деревянное строение или инное что тому подобно, и в тех местах наряд лутче устанавливати, нежели что от того места далече поста-вити. А доведется в одну пору между троих или четверых ворот шанцы делати и наряд ставити, аже будет людей довольно есть.

   Указ, как под город подкопы весть; бывает город поставлен на таком [месте], что под него подкопы можно вести и тем город взяти, только надобно с такими делы тихо и тайно промышляти, и дове­дется тут многие дрова подкласти, которым местом подкопщиком и иттить, а из города возможно встречным подкопанием зайти, и такому делу помешку учинити и подкопщиков из подкопу выгнать, а будет такой подкоп изготовится, подобает тут день и ночь крепкую людную сторожу держати и подкопщиков оберегати, что б из города осадные люди своим встречным копанием подкопщиков не осилели и подкопом не завладели, а только завладеют и уж невозможное дело у них тот подкоп назад взяти, а коли случится собою смелых людей на перед посылати, а водити подкопы тем образцом страшное дело и мало есми видал, чтоб тем городы преодолели. Есть иной образец. подкопом, что возможно шанцами зделати под город и под раскаты подкопати и ко рву туры привести столь близко, что рукою мочно к стене дрова бросати, а как то зделается и изготовя дрова со соломою и с хворостом збити стена городовая и учрежати людей к приступу, да как стены собьются и падуг и дрова запалятся и сгорят, потом приступати елико возможно.

 Указ о приступе, как пушкари из наряду стены в меру к при­ступу собьют и не_ качается оттуду ни которые помешки, а в те поры подобает просити у бога милости. А как учнут приступати, и в те поры доведется изо всего снаряду стреляти, на переменах по пролом­ных местех, чтоб им помешка была, и проломов бы не заделывали, а из большова снаряду по тому не стреляти. А доведется воинским людям промысл чинити над зубцы и над стрельными окны и над подошевным боем, что б из города из таких боев приступным людям помешки не учинили, а из фалконетов доведется без престани по верьхним подошевным боем бити, пока места приступные люди через ров перейдут. Иной указ, как град облечи и взяти во время приступу, быти лучше есть приступати в два или в три места, нежели к одному месту, и как будет все к приступу изготовлено, доведется вскоре приступати, а всем полком в ту пору стояти урядяся, а по меньшей мере присту­пати в дву местех; а бывает то в градоимстве, что и в мысле не бывало, . к которому месту и приступати, и учнет в том месте приступ и великой шум обманом, для того, чтоб во граде устрашилися, и учнут на розные места людей разделяти. И для того нам доведется своих людей на два подполки или больше разделите, и приступати в раз­ные места жесточью и коему ж полку итти урядно, как и после ука­зано, а до приступу доведется им сулити подарки по доброхотению и по своей мысли воинскому государю.

85. Аже будет похотят прямо на стены приступати, доведется несколько людей устроити кому лесницы к приступу пронести и уста-виши их на такие места, которым местом приступати доспешным людям и пешим воинским людям вооруженным, а стрельцом, которым в шанцах и во рвех лежати доведется, им на стены по боем и подошев-яым боем стреляти, и коему ж полку которым к приступу итти дове­дется их порознь устроити, где кому приступати, во рвы ли им или на лесницы итти приступом; а как учнут готовитися к приступу и из шанцов выдаватися, и в те поры доведется из снаряду безпрестани стреляти, что б недруги времени приступнаго не делали. Тако ж дове­дется из полковых пищалей безпрестани по боем стреляти и недругов от кони отбоев отбити, а своих обороняти, чтоб им во время приступу помешки не было, а воинскому маршалку в те поры доведется на всполошном месте с конными и пешими людьми, распустя прапоры во учрежденном полку готовыми быти, для ради трех причин. Притчею недруги во время приступу учнут на станы прилазити, и станом бы быти таковым утверженньш, чтоб тысяча человек против десяти тысяч могли стояти и битися, и в приточное б время и приступны людям помочь чинити, притчею от приступа приступных людей отобьют, и из города учнут на них и на полки прилазити, и воинскому маршалку ополчась, недругом в стречу итти. А в стану доведется такоже уряд имети; да иж будет так учинится, и то приступным людям во время отводу подпора и прибыльно, а без такова береженья бывают мно­гие люди побиты. А будет воинские люди устроены на два или три станы, как прежде объявлено, и им всем, коему ж в своих стенах по сему указу и уряду делати и содержатися, а во время приступу дове­дется ко всяким делам призор и великое береженье имети у всех при­ступных мест. Притчею в чем в приступное время, буде скудость и недостатки в людях, в лесницах, в копьях, в рогатках, в заступех, в лопатех и в просеках, или в инном в чем, что к такому делу годно бывает, �