30-12-2007 13:41
А.А. Брусилов дорожил формой русского воинства и сумел сохранить все свои награды, добытые в боях, ревностной службой, хотя к концу его жизни они и были упразднены
«Лучший способ обороны – это при мало-мальской возможности переход в наступление, то есть обороняться надо не пассивно, что неизменно влечет за собой поражение, а возможно более активно, нанося противнику в чувствительных местах сильные удары».
А.А. Брусилов.
А.А. Брусилов был представителем офицерской династии. Он родился в Тифлисе в семье генерал-лейтенанта. Его младший брат Лев во время русско-японской войны командовал крейсером «Громобой», закончил службу первым начальником Морского генерального штаба, вице-адмиралом. Забегая вперед, скажем, что и сын самого Алексея Алексеевича, тоже Алексей, как это было принято у дворян, выбрал офицерскую дорогу. Он служил в лейб-гвардии конногренадерском полку, а после революции с 1919 года командовал полком Красной Армии, был захвачен белыми в плен под Орлом и расстрелян.
Брусилов-старший получил основательное домашнее образование, был, как и многие другие выходцы из дворян, полиглотом: французским языком владел как родным, немецким – хорошо, а английский, по его выражению, начал с возрастом забывать из-за редкого употребления. Военное же образование Алексея Алексеевича блестящим назвать нельзя. Он окончил привилегированный Пажеский корпус и стал прапорщиком в девятнадцать лет. А дальше была полковая служба в Закавказье, война с Турцией. В переменный состав Офицерской кавалерийской школы он был направлен случайно. Да там и остался на долгие годы, поднявшись по ступенькам военной карьеры до начальника школы. Академию Генштаба Брусилов не оканчивал, и его оппоненты считали Алексея Алексеевича выскочкой. Тогда, как, впрочем, и в более поздние времена, считалось, что офицер без академического образования полководцем быть не может, ему суждено быть игрушкой в руках своего начальника штаба. Брусилов, полагавший, что крупному военачальнику, кроме глубоких профессиональных знаний, боевого опыта, необходимо еще и кое-что от отца с матерью, опроверг это заблуждение личным примером.
В 53 года А.А. Брусилов был назначен начальником 2-й гвардейской кавалерийской дивизии, затем командовал 14-м и 12-м армейскими корпусами. А с началом Первой мировой войны при мобилизации вступил в командование 8-й армией, сформированной из двух корпусов Киевского и двух корпусов Одесского военных округов. Назначение командующим армией, признавался Алексей Алексеевич в воспоминаниях, было для него сюрпризом очень приятным.
«Я не честолюбив, – писал он, – ничего личного для себя не домогался, но, посвятив всю свою жизнь военному делу и изучая это сложное дело беспрерывно в течение всей жизни, вкладывая всю свою душу в подготовку войск к войне, я хотел проверить себя, свои знания, свои мечты и упования в более широком масштабе».
Вместе со своей армией генерал Брусилов прошел от Проскурова до Львова, сражался в Карпатах, затем пережил всю горечь последующего отступления, пока фронт на всем протяжении не стабилизировался и война не обрела все черты позиционной.
«После успеха русских в Галиции, где генерал Брусилов совершил, как нам казалось, невероятное, наши штабы стали по-другому относиться к разработке операций в позиционной войне».
Генерал пехоты Эрих фон Людендорф, первый генерал-квартирмейстер верховного командования германской армии.
Национальным героем России Алексей Алексеевич Брусилов стал уже на посту главнокомандующего армиями Юго-Западного. Ему было суждено первым в мире осуществить успешный прорыв обороны противника в позиционной войне. В то время законодателями в тактике и оперативном искусстве были немцы. Поскольку флангов у противника уже не было, считалось, что для прорыва сплошной обороны необходимо перед пунктом атаки собрать мощную артиллерийскую группу, сильные пехотные резервы, добиться на направлении удара многократного превосходства над обороняющимися. Но подготовить все это в тайне от противника было уже невозможно. За линией фронта непременно предпринимались, так сказать, зеркальные ответные меры.
Генерал Брусилов разработал план наступления, показавшийся в Ставке верховного главнокомандующего странным и неприемлемым. Вместо главного удара «кулаком» он, как это виделось со стороны, предлагал удар растопыренными пальцами – одновременную атаку по всему фронту. Каждая из его армий выбирала для себя один наиболее ответственный участок прорыва обороны противника, корпус тоже намечал себе такой же ударный участок. Главный же удар предстояло наносить особенно дорогой для Брусилова 8-й армии – на Луцк.
«Успех Брусилова состоялся потому, что только он точно определил истину нынешней кампании: вместо главного удара, который до этого легко парировался, он внезапно ослепил нас несколькими, тем самым ввел в заблуждение относительно основного прорыва. Мы не сумели закрыть наступление резервами».
Фельдмаршал Конрад фон Хетцендорф, в 1916 г. начальник австро-венгерского полевого штаба.
Идея заключалась в том, что противник, даже обнаружив признаки готовящегося наступления, не сможет маневрировать силами, не угадает, где именно дополнительно укреплять оборону.
Замысел Брусилова, от которого ему советовали отказаться вплоть до начала наступления, так и не был разгадан врагом. Все удалось сохранить в тайне. Даже в личной беседе с царицей Анной Федоровной, поинтересовавшейся, когда же России ждать победоносного наступления, Алексей Алексеевич сказал, что такие сведения, мол, настолько секретны, что он и сам их не помнит.
4 июня (22 мая) 1916 года в 4 часа ночи русская артиллерия открыла огонь по позициям австро-германских войск. Артиллерийская подготовка атаки была спланирована очень искусно: огонь внезапно прекращался, противник покидал укрытия, заполнял окопы, и тут русские батареи вновь открывали стрельбу на тех же установках прицела. Так происходило несколько раз. И только в полдень в атаку волнами пошла русская пехота. Так начался навечно вписанный в историю военного искусства Брусиловский прорыв – наступательная операция невиданного доселе масштаба. С последствиями, которые буквально потрясли мир. Только убитыми, ранеными и пленными австро-германцы потеряли до 1,5 миллиона человек.
В изданном спустя годы капитальном немецком историческом труде «Мировая война» о тех событиях сказано так: «Тогда сверкнула молния на отдаленном третьем участке (первые два – Верден и Сомма, где немцы ожидали наступление англичан). То, что по образу мыслей генерала Фальненгайма считалось почти невозможным, свершилось с неожиданностью и очевидностью опустошительного явления природы. Русское войско явило столь разительное доказательство живущей в нем наступательной мощи, что внезапно и непосредственно все тяжелые, казалось бы, давно уже преодоленные опасности войны на нескольких фронтах всплыли во всей их прежней силе и остроте».
Брусиловский прорыв значительно облегчил участь французов, итальянцев, помог определиться в своем отношении к войне румынам. Но этот успех не был подхвачен, поддержан другими, кстати, более мощными фронтами русской армии. Алексей Алексеевич тогда особенно отчетливо осознал общую слабость, почти обреченность монархии, которой верой и правдой служил столько лет.
Вскоре после февральской революции популярного во всех слоях общества А.А. Брусилова назначают Верховным главнокомандующим. Полагая, как он наивно писал, что вести войну и революционировать одновременно нельзя, генерал пытается вернуть в армию порядок и дисциплину, возродить наступательный дух. Но это не удается даже ему.
На лето 1917 г. намечалось общее наступление войск союзников против германо-австрийских армий на всех фронтах. Вера в скорую капитуляцию Германии и Австро-Венгрии была реальной. Весной 1917 г. США вступают в войну на стороне стран Антанты. Многотысячная американская армия, превосходно вооруженная, высаживается в начале мая во французских портах.
Используя это, а также то, что во французском обществе быстро поднялось настроение и вера в победу, началось преследование лиц, причастных непосредственно или косвенно к деморализации армии и общественного порядка. Были арестованы до 1000 человек и некоторые министры. Французская армия приведена в порядок, дезертиров и паникеров начали расстреливать. К сожалению, в России эти положительные перемены (вступление США в войну) не повлияли на состояние дел в русской армии, она стараниями "недругов России" развалилась". Генерал Брусилов напишет, что "победа на фронте должна была остановить хаос в стране". В это верили многие. К тому же Германия не имела достаточных резервов на Русском фронте. Войска Юго-Западного фронта наносили главный удар в летнем наступлении.
1 мая 1917 г. проходит совещание в Ставке, без санкции Керенского (за что Главковерха генерала Алексеева снимут с поста). Запомнилось всем резкое, но конструктивное выступление командующего Юго-Западным фронтом генерала Брусилова. Он требовал положить конец увольнениям высшего командного состава по политическим мотивам. Были уволены с февраля 1917 г. 85 командиров дивизий, а также некоторые командующие армиями. Брусилов заявил о призыве 40-летних запасников для укомплектования частей, особенно унтер-офицерами. Были и другие предложения и требования Брусилова.
22 мая 1917 г. (в годовщину "брусиловского прорыва") Алексей Брусилов назначается Верховным главнокомандующим русскими войсками. 27 июня началось наступление Юго-Западного фронта. 11-я и 7-я армии фронта не смогли продвинуться вперед, но 8-я армия достигает успеха, прорывает фронт, занимает города Галич и Калуш. Однако дальше пехота не пойдет, несмотря на то, что русская артиллерия имела почти 2-кратное превосходство. Это позволило врагу перебросить из Франции (французы не стали наступать, ожидая помощи американцев) 11 своих дивизий, которые сходу, используя химические снаряды, ударили в стык 7-й и 11-й русских армий. Те начинают отступать к Тернополю. Не устоит и 8-я армия. Отступление превратится в паническое бегство, будет брошена тяжелая артиллерия и горы снарядов.
Брусилов надеялся на успешное наступление 5-й армии Северного фронта, имевшей достаточный перевес над врагом в людях и средствах. Но солдаты этой армии, захватив две полосы вражеской обороны, дальше также в атаку не пойдут, они снимут прицелы с вражеских орудий и вернутся в свои окопы. На пятый день заглохнет наступление на Западном и Румынском фронтах. Приказ Главковерха Брусилова "идти в наступление, чтобы помочь товарищам в Галиции", не действовал. Случаи расстрелов офицеров, которые пытались остановить панику, имели место на всех фронтах. Поражение было полное! Русские войска вытеснены из Буковины и Галиции.
Специалисты по военной стратегии не находят в действиях Главковерха Брусилова каких-либо существенных погрешностей в оперативно-технической подготовке наступления. Удалось обеспечить превосходство в силах. Тщательно проводились наземная разведка и аэрофотосъемка позиций врага. Союзники знали о планах русского командования и обещали не допустить переброску с их фронтов немецких сил на русский фронт.
16 июля 1917 г. премьер Керенский собирает совещание в Ставке. Брусилов резко отвечает на поставленный Керенским вопрос: "Как исправить положение на фронте?" "Начальникам должна быть дана дисциплинарная власть, тогда не будет нарушения дисциплины в войсках". Генерал отметил, что причина неудачи именно в этом. "Когда в разгар войны солдатам, а это в основном крестьяне, обещают дать землю... кто же из них не будет думать о немедленном окончании войны?" Брусилов напомнит, что Германия, окруженная врагами, держалась благодаря дисциплине в армии. Война - явление жестокое и неестественное, "поэтому жестокими и неестественными мерами надо заставить солдата слушать и воевать". Керенский - известный адвокат и оратор - не знает, как ответить на убийственные своей правдой факты, изложенные Брусиловым. 19 июля 1917 г. генерала Брусилова освободят от поста Главковерха.
Брусилов занимал официальные посты в Красной Армии: председатель Особого совещания при главнокомандующем Вооруженных сил республики (1920 г.), председатель комиссии по допризывной кавалерийской подготовке, главный инспектор по коннозаводству и коневодству (1921-1923 гг.), инспектор кавалерии РККА (1923-1924 гг.), помощник по особым поручениям Реввоенсовета СССР. В 1925 г. уходит в отставку. Это одна его жизнь, но есть и другая, малоисследованная.
После пятидесятилетней службы Алексей Алексеевич покидает армию. Октябрьская революция напомнила ему о себе снарядом, угодившим в квартиру. Осколки посекли ногу, потребовалось несколько болезненных операций, далеко не молодой военачальник несколько месяцев пролежал в клинике и уже никогда не расставался с палкой. . "Моя первая в жизни огнестрельная рана, она получена от русского снаряда", - горько скажет Брусилов после ранения (метили в штаб Московского военного округа на Пречистинке, а попали в брусиловский дом на Остоженке - разница около 100 м).
"Почему они не разбирают рельсы на путях движения немцев?" - возмутился Брусилов, узнав, как в феврале 1918 г. немцы "катили" в вагонах побатальонно по русской земле, высаживались в русских городах, угрожали Петрограду, захватили большую часть Украины. Отпора со стороны русской армии не было, как не было и самой этой армии! Генерал отказывается участвовать в братоубийственной Гражданской войне. Его два месяца держат в тюрьме ВЧК и выпускают под подписку о невыезде из Москвы и обещание не участвовать в антисоветской деятельности. К нему на квартиру подселяют комиссара "с нелегальной женой". Парадоксально! В 1916 г. комфронта Брусилов заменил смертную казнь - расстрел на каторгу одному солдату, который агитировал против войны. Это и был брусиловский подселенец. Генерал вспоминал: "Вот уж отменил ему расстрел на свою голову". В квартире у нового жильца происходили кутежи, драки, ругань и пьянство, Брусиловы буквально голодали, жизнь их в доме стала невыносимой, а у соседа имелись всегда белый хлеб, вино, фрукты и другие продукты.
Единственный сын генерала Алексей, стесненный также материально, несмотря на уговоры отца не участвовать в братоубийстве, поступает в Красную Армию. Бывшего гвардейского корнета назначают командиром кавалерийского полка. В декабре 1920 г. Алексей попадает в плен к белым под Орлом. Его не сразу расстреляют, перевезут в Киев в штаб Добровольческой армии. Вероятно, делались попытки, чтобы склонить его к службе у белых либо оказать давление на его отца. Гибель сына ухудшила здоровье Брусилова. Друзья генерала, ставшие военспецами в РККА, добиваются его согласия участвовать в работе по сохранению архивов по военной истории. Это помогало Алексею Алексеевичу выходить из тяжелой депрессии.
Новая власть ничего от Брусилова не требовала, кроме подписки о том, что Москву он не покинет и против большевиков не выступит. Сделать это, вспоминал Алексей Алексеевич, ему было легко, потому что планов такого характера он никогда и не вынашивал.
И только в 1920-м, когда на израненную, измученную гражданской войной Россию посмела напасть Польша Пилсудского, Брусилов по совету близких ему по духу генералов, как и он, не покинувших страну, решил о себе напомнить. Он предложил создать из военных специалистов, владеющих стратегией, особое совещание при главкоме для разработки плана войны с Польшей. Время было таким, что уже на следующий день Реввоенсовет создает такое совещание и назначает Брусилова его председателем.
Тогда Алексей Алексеевич и написал собственноручно знаменитое обращение «Ко всем бывшим офицерам, где бы они ни находились». «В этот критический момент нашей народной жизни мы, ваши старшие боевые товарищи, обращаемся к вашим чувствам любви и преданности к Родине и взываем к вам с настоятельной просьбой забыть все обиды, кто бы и где бы их вам ни нанес, и добровольно идти с полным самоотвержением и охотой в Красную Армию, на фронт или в тыл, куда бы правительство Советской Рабоче-Крестьянской России вас ни назначило, и служить там не за страх, а за совесть, дабы своей честной службой, не жалея жизни, отстоять во что бы то ни стало дорогую нам Россию и не допустить ее расхищения, ибо в последнем случае она может безвозвратно пропасть, и тогда наши потомки будут нас справедливо проклинать и правильно обвинять за то, что мы из-за эгоистических чувств классовой борьбы не использовали свои боевые знания и опыт, забыли свой родной русский народ и загубили свою матушку Россию».
Силы и здоровье уходили у Брусилова, но он продолжал свое дело. Около 14 тыс. офицеров отозвались на воззвание и пришли на польский фронт, хотя многим неохотно давали командные посты. Пожалуй, это была главная заслуга Особого совещания. О работе самого совещания почти нет документальных свидетельств. В рукописях читаем: "На совещаниях толкли воду в ступе, это была инсценировка со стороны правительства - это нужно было для виду, "для радио", бывшим генералам не верили". В планы войны с поляками и оперативное командование члены совещания не вмешивались. Были рассмотрены, но не решены вопросы о составе армий, дивизий и полков, о снаряжении. "Новый огромный Аустерлиц", - скажут на совещании старые генералы после разгрома красных частей Западного фронта под Варшавой (август 1920 г.). Комфронта Тухачевский "отрезал" Варшаву от Балтийского побережья, чтобы прекратился подвоз вооружения и боеприпасов из Франции. "Польша не устоит", - говорил Тухачевский. Она устояла, ее войска нанесли удар во фланг и тыл растянутого фронта красных.
После этого некоторые члены совещания будут арестованы: генерал Владислав Клембовский умрет в тюрьме. 12 сентября 1920 г. в "Правде" вышло "Воззвание к офицерам армии барона Врангеля", где им предлагалось "в последний раз" перейти на сторону Советской власти и гарантировались амнистия и безопасность. Многие офицеры поверили и остались в Крыму. Их массами расстреливали прямо на берегу. Брусилов подписал это воззвание как председатель Особого совещания вместе с руководством РСФСР и Красной Армии. Он хотел, чтобы офицеры остались на Родине, он верил, "что большевизм пройдет, как тяжелая болезнь". "Если бы я не был глубоко верующим человеком, я бы покончил жизнь самоубийством… я впервые столкнулся с такой изуверской подлостью и хитростью".
Кажется, что обращение адресовано не только собратьям по войне, но и самому себе. Оно похоже на присягу. Иным – скрытным, неискренним – Алексей Алексеевич никогда не был. Брусилову не хотелось, чтобы его имя использовалось политиками в целях пропаганды, и, когда такое случалось, он протестовал открыто и не менее страстно. Он не был до конца убежденным, что те 14 тысяч офицеров, которые откликнулись на его обращение, те генералы, которые вместе с ним обращение подписали, уже никогда не будут зачислены в противники революции. Ему было тревожно и больно от горьких предчувствий, но тогда он жил моментом, осознавая, что Отечество надо защитить именно сегодня, сейчас... А.В. Новикова, А.Е. Снесарева, П.А. Козловского, «бывших» по мировоззрению, чувствам, но служивших в Красной Армии, Брусилов ставил неизмеримо выше вождей белой гвардии. «Их всех, из одного теста слепленных, – писал он позднее в воспоминаниях, – я не променял бы во имя России на дряблых эгоистичных эмигрантов».
Службу в Красной Армии А.А. Брусилов закончил инспектором кавалерии. Он делал все возможное, чтобы сохранить в России породистую верховую лошадь, хотя и понимал: время конницы неумолимо уходит в прошлое. Он делился, пока позволяло здоровье, боевым опытом с молодыми краскомами. Рискуя собой, защищал от репрессий старых боевых товарищей. Чему-то радовался, чаще огорчался и возмущался. Словом, оставался самим собой, вечным невольником офицерской чести.
Судьбой Брусилову были назначены два прорыва. Первый он совершил на поле сражения, под Луцком, навсегда вписав свое имя в историю России, историю военного искусства. Второй раз прорвался к нам, к благодарным потомкам, когда его имя было очищено от всего наносного, второстепенного и вновь засияло в плеяде выдающихся русских полководцев звездой первой величины.
Алексей Брусилов скончался 17 марта 1926 г. в московской квартире. Его похоронят с воинскими почестями. 19 марта у ворот Новодевичьего монастыря остановится воинский кортеж. Командармы Егоров, Буденный и комкор Гай скажут здесь у ворот слово о Брусилове. Затем в монастыре у открытой могилы пройдет заупокойная служба, духовенство провозгласит "вечную память". Вместе с землей в могилу бросят свои георгиевские кресты ветераны мировой войны. Рядом с краснолентным венком от РККА будет и венок от георгиевских кавалеров с коричнево-черными полосками.
На девятый день у могилы мужа его вдова Надежда Владимировна Брусилова услышит, как один из рабочих, проходивших мимо, скажет, показывая на крест: "Энтот не уехал, у нас остался". Генерал Алексей Брусилов навсегда остался в России.
А.А. Брусилов дорожил формой русского воинства и сумел сохранить все свои награды, добытые в боях, ревностной службой, хотя к концу его жизни они и были упразднены.