30-12-2007 14:06
то было последнее сражение, когда стальные лавины шли друг на друга под пение гимна "Christ ist ersten den". Немного позже настало время, когда все решали пушки и мушкеты
1410 год Грюнвальд
После тохтамышева нашествия Русь снова лежала в руинах и тем, кто уцелел, предстояло снова разбирать развалины, хоронить мертвых и распахивать заброшенные поля. Татары наложили на Москву новую, еще более тяжелую дань - и князьям, как в прежние времена, приходилось ездить в Орду за ярлыками, подносить подарки и задабривать "Великого царя". В 1389 году, после смерти Дмитрия Донского, явившийся во Владимир татарский посол торжественно посадил на великокняжеский престол его сына Василия. Василий платил дань хану и по мере сил восстанавливал города и села - но вскоре разнеслась весть о новом грозном нашествии. В 1395 году могущественный повелитель Востока Тамерлан разгромил "Великого царя" Тохтамыша, сравнял с землей столицу Орды Сарай, и, предавая все огню и мечу, вторгся в рязанские земли. Русь приготовилась к обороне, великий князь собрал полки и вышел на Оку; во Владимир послали за великой святыней, иконой Владимирской божьей матери, - и тысячи людей стояли на коленях вдоль дороги, прося у божьей матери спасения. Подействовали эти молитвы или нет - но Тамерлан внезапно остановился, простоял две недели в верховьях Дона и повернул назад. Проведя зиму в предгорьях Кавказа, Тамерлан поставил ханом Золотой Орды Тимур-Кутлуя и ушел в Персию; Тохтамыш с частью войска нашел спасение в Литве у племянника Ольгерда, Великого князя Витовта.
Литвой и Польшей в это время правил двоюродный брат Витовта Ягайло, женившийся в 1385 году на польской королеве Ядвиге; Витовт был вассалом короля, управлявшим Литвой от его имени. Условием вступления Ягайло на польский престол было крещение Литвы - и в правление этого короля большая часть литовских язычников приняла католичество; Литва стала католической страной с костелами и латинской письменностью - хотя жители русских областей этого княжества оставались верными православию. Пользовавшийся поддержкой Польши и Ордена Витовт был могущественным правителем; он собрал огромную армию из литвы, руси, поляков, молдаван; магистр Ордена дал Витовту большой отряд рыцарей и бомбарды. Летом 1399 года Витовт двинулся в степь, чтобы помочь Тохтамышу вернуться на трон; на берегах реки Воркслы союзники встретились с татарами Тимур-Кутлуя. Перед битвой начались переговоры; самоуверенный Витовт требовал от хана покориться, платить дань, и чтобы на ордынских деньгах ставилось клеймо литовского князя: "Тогда будешь мне сыном, а я тебе - отцом", - говорил Витовт. Молодой хан смутился при виде пушек и огромного воинства Витовта и попросил три дня срока подумать - однако тут вмешался седой ханский наставник, эмир Едигей; он вызвал Витовта на берег Воркслы и стал говорить ему: "По праву ты взял в сыновья нашего хана, потому что ты стар, а он молод; но я еще старше тебя, так следует тебе быть моим сыном, давать дани и ставить мое клеймо на литовских деньгах". Витовт рассвирепел и велел трубить атаку - это и нужно было татарам; если бы Витовт остался в своем лагере, огражденном повозками с бомбардами, татарская конница не смогла бы его одолеть. Теперь же татары стали отступать, заманивая рыцарей в степь и обстреливая из луков, - а в это время обходные отряды окружили полки Витовта со всех сторон. В злой сече на берегу Воркслы полегло все литовское войско; погибло 20 князей и много русских дружинников, героев Куликовской битвы; погиб и знаменитый воевода Дмитрий Волынец. Витовту с небольшой дружиной удалось вырваться из кольца врагов, но татары неотступно преследовали его до Киева и подвергли жестокому опустошению Западную Русь.
Через несколько лет после битвы на Ворксле Витовт залечил раны и пошел войной на Смоленск, Псков и Новгород. Артиллерия все громче подавала свой голос в боях и осадах, в 1405 году литовцы овладели Смоленском, потом разорили псковские волости. Великий князь Василий вступился за Псков и объявил Витовту войну; эта война без больших сражений продолжалась несколько лет, причем Едигей прислал на помощь Василию татарскую конницу. Едигей называл Василия любимым сыном - а, между тем, после разгрома Орды Тамерланом Василий не платил дани татарам, оставляя ее в своей казне. В 1408 году Едигей объявил, что идет в поход на Литву, и неожиданно повернул к Москве; Василий не успел собрать полки и уехал в Кострому; в городе началась паника, богатые дома были разграблены, а посады сожжены. Москвичи сели в осаду, но Едигей не стал штурмовать стены Кремля, а разослал во все стороны отряды: "И стали поганые люто брать в плен христиан, одних посекали, а других в плен уводили, и так погибло бесчисленное множество людей... Город великий Переславль сожгли, а также Ростов и Нижний Новгород взяли и сожгли, и Городец, и волости многие захватили, и множество людей погибло, а иные померзли от холодов". После едигеева нашествия Василию пришлось возобновить уплату дани, и татарское иго довлело над Русью еще семьдесят лет. Витовт, между тем, заключил мир с Василием и вместе с Ягайло обратился против Ордена; под знаменем польского короля собралась многочисленная армия поляков, руси, литовцев и татар. Орден имел вдвое меньше воинов, но орденские рыцари вместе со своими лошадьми были закованы в тяжелые, непробиваемые стрелами латы - в то время как польские и русские всадники имели лишь кольчуги, усиленные на груди стальными пластинами.
10 июля, подойдя к реке Дрвенце, союзники увидели на другом берегу крестоносцев на укрепленной позиции, которая имела окопы (на берегу реки, частоколы и палисады из заостренных бревен и артиллерию.
Ягелло не нашел возможным переправиться через реку и военный совет решил отступить и следовать к ее истоку на Сольдау. Это был рискованный фланговый марш. Верховный магистр ордена Ульрих, узнав об отступлении короля, решил преградить дорогу союзникам и двинулся на Братенау.
Поляки выслали несколько разъездов к стороне деревни Танненберг, которая виднелась к северу. Разведка вскоре донесла, что видна вся крестоносная армия на холмах перед деревнями Танненберг и Грюнвальд.
Когда крестоносцы заметили союзников, они остановились в нерешительности, так как союзники находились в лесу и не покидали его. Ульрих собрал совет, на котором было решено послать королю как вызов два меча и отойти, чтобы очистить место для построения союзной армии.
В битве при Грюнвальде у крестоносцев было около 16 тыс. тяжелой кавалерии, около 50 тыс. пехоты, наемников - около 3 тыс., а всего (с учетом обоза) до 85 тыс. человек. Крестоносцы имели около 100 бомбард, которые стреляли каминными и свинцовыми ядрами. Войско крестоносцев состояло из 22 народностей, но главные силы составляли немцы.
Союзники измели 91 хоругвь: поляки насчитывали 51 хоругвь, литовцы-40 хоругвей. Кроме того, по разным источникам, было от 3 тыс. до 30 тыс. татар (цифра 3 тыс. человек, видимо вернее). Хоругвь была тактической единицей и насчитывала около 200 всадников и 800-1000 человек пехоты.
В состав союзной армии входили поляки, русские, литовцы, жмудь, армяне, волохи, татары и наемники: чехи, моравы и венгры (10 народностей).
В составе польских хоругвей было 7 хоругвей из уроженцев русских областей и 2 хоругви наемников, чисто польских было 42 хоругви. В составе литовской армии было 36 русских хоругвей. что составляло всего 43 русских хоругви.
Всего союзники имели до 130 тыс. человек, из которых было 23-24 тыс. конницы. Пехоты было около 70 тыс., наемников - 12 тыс. Бомбард было меньше, чем у немцев.
Союзники превосходили численностью противника, но войско крестоносцев превосходило славян в отношении вооружения, дисциплины, боевой подготовки и снабжения. Из числа литовской армии наиболее надежными были русские дружины и особенно смоленские полки. Наименее надежной была татарская конница.
Поле сражения имело форму неправильного пятиугольника 11х9 км к юго-востоку от деревень Танненберг и Грюнвальд. Это была довольно ровная местность, которая имела несколько гряд невысоких холмов, пересекаемых незначительными оврагами. Здесь выстроились армии противников, которых разделяла небольшая лощина.
Боевой порядок союзников состоял из трех линий. На правом фланге - русские, литовцы и татары (под командованием Витовта), на левом - поляки (3ындрам). Смоленские полки находились в центры. Протяжение фронта - около 2 км.
Боевой порядок крестоносцев сначала был выстроен в три линии, а затем, чтобы удлинить фронт, перестроился в две линии. На правом флангу стал Лихтенштейн (20 хоругвей), на левом - Валенрод (15 хоругвей), во второй линии (резерв)-сам магистр Ульрих Юнгинген (16 хоругвей). Протяжение фронта достигало 2 км.
Артиллерия была выстроена впереди фронта. Магистр находился на левом фланге около деревни Танненберг. Ягелло стоял на холме позади своего правого фланга. В 12 часов 15 июля от немцев прибыли герольды и передали королю два меча. Посылка мечей была принята за дерзкую обиду.
Король объявил пароль «Краков-Вильна» и приказал свей армия навязать соломенные повязки для отличия. Затем он съехал вниз на равнину, где до 1 тыс. человек шляхты ждало посвящения в рыцари. Рыцари поклялись королю победить или умереть. Дождь перестал, небо прояснилось. Забили в литавры, заиграли трубы, а поляки запели старинную боевую песню.
В 12 часов дня Грюнвальдская битва началась. Конница Великого Княжества атаковала крестоносцев. Витовт бросил на крестоносцев легкую конницу, в это время немецкая артиллерия открыла огонь из всех орудий, сделав по два выстрела.
Поляки отвечали. Но ядра пролетели выше и никому не причинили вреда.
Витовт двинул татар, которые понеслись нестройной толпой на крестоносцев. Тучи стрел летели и отскакивали от рыцарских доспехов.
Витотвт двинул литовскую армию, но крестоносцы сильным ударом отбросили литовцев. Дольше всех сопротивлялись русские полки - Виленская и Трокская хоругви, но и они начали отступать. 9 хоругвей Валенрода преследовали литовцев.
Только три смоленских полка под командой Юрия Мстиславского остались на поле боя и оказали упорное сопротивление. Они были окружены 6 хоругвями Валенрода. В этом бою один смоленский полк был полностью истреблен, два других пробились к правому флангу поляков и прикрыли его, что имело важное значение для исхода боя.
Теперь Зындрам повел на крестоносцев первую линию поляков (17 хоругвей). Ульрих Юнгинген направил против них 20 хоругвей Лихтенштейна. Завязался упорный бой, в результате которого полякам удалось прорвать линию крестоносцев.
Но возвратились хоругви, проследовавшие литовцев. Они ударили в правый фланг и отчасти в тыл полякам. Смоленские полки, которые прикрывали правый фланг поляков, выдержали удар и, таким образом, спасли армию от разгрома.
В это время пало большое королевское знамя. Минута для союзников была критическая. Ягелло двинул вперед вторую линию поляков, которая под прикрытием русских полков только что отбила нападение Валенрода. Вторая линия вместе с русскими полками подкрепила первую, выручила знамя, окружила Лихтенштейна и стала его теснить. Крестоносцы заколебались и начали медленно отступать.
Магистр решил сломить сопротивление поляков и двинул свой резерв -16 хоругвей, пытаясь охватить поляков справа и с тыла. Третья польская линия двинулась навстречу немцам наискосок .
Удар русских и литовцев решил исход сражения. Войска крестоносцев были разгромлены. Ульриху его приближенные предлагали бежать, но он гордо ответил: «Не дай бог, чтобы я оставил это поле, на котором погибло столько мужей,-не дай бог».
Рыцари сопротивлялись еще два часа, их стаскивали с коней крючьями и добивали узкими кинжалами, которые вонзали в щели лат. Поле сражения было покрыто белыми плащами крестоносцев, и после боя Ягайло удивленно спрашивал у окружающих: "Ужели здесь лежит весь Орден?"
Ульрих был убит литовским воином рогатиной в шею . Все чаще стали раздаваться возгласы: «Erbarme mich deiner» («пощадите»). Шесть тевтонских «знамен» в панике бежало с поля боя. Часть крестоносцев укрылась в вагенбурге, который союзное войско взяло штурмом. Противник понес большие потери, но и союзникам победа досталась не дешево.
Армия Тевтонского ордена была уничтожена: убито 18 тыс., ранено до 40 тыс., разбежалось около 27 тыс. Взято 52 знамени, все бомбарды, богатый обоз. Союзники потеряли убитыми 3-4 тыс, ранеными - около 8 тыс.
Битва при Грюнвальде была "лебединой песней" европейского рыцарства - это было последнее сражение, когда стальные лавины шли друг на друга под пение гимна "Christ ist ersten den". Немного позже настало время, когда все решали пушки и мушкеты; Орден, который отождествлял себя с рыцарством, не смог пережить это время; при Грюнвальде он получил смертельный удар, а затем потерял большую часть своих земель и признал себя вассалом польской короны. От окончательной гибели Орден спасла лишь война, вспыхнувшая между Литвой и Польшей после смерти Витовта в 1430 году. Русские и литовские бояре были недовольны засильем поляков и хотели отделиться от Польши; они собрались на сейм и избрали великим князем литовским и русским сына Ольгерда Свидригайло. Свидригайло был православным и опирался на русских, которые составляли 3/4 населения княжества; он был в давней вражде со своим братом, королем Ягайло, и поэтому поляки сразу же начали войну. Это была война между католиками и православными; русские убивали католических ксендзов и разрушали костелы, а поляки жгли православные храмы. Ягайло удалось переманить на свою сторону литовских католиков; в августе 1434 года под Вилькомиром разыгралась кровавая битва, в которой литовские, польские и немецкие хоругви сражались с полками, собравшимися со всех русских земель. Свидригайло был разбит, и в битве погибло больше десяти русских князей; это было тяжелое поражение православия, отдавшее Западную Русь во власть католиков.
Двор великих князей литовских и русских стал похож на двор польского короля, литовские бояре стали называться панами, они говорили по-польски, носили польские гербы и польские имена. По польскому обычаю паны имели многие привилегии, они не платили налогов, выбирали великого князя и решали все дела на своих радах - так что часть побежденных русских князей была не прочь стать панами, принять католичество и одеть польские одежды. Даже отцы православной церкви сочли за лучшее пойти на поклон к папе; ожидая помощи в борьбе с турками, они в 1439 году подписали во Флоренции унию об объединении церквей и приняли католические догматы. Среди подписавших Флорентинскую унию был и митрополит киевский и русский Исидор; когда он приехал в Москву и стал служить католическую обедню, князь Василий приказал бросить его в тюрьму - московская Русь осталась верна православию. Остались верны православию и многие князья Белой Руси; они терпели угнетение и с надеждой смотрели на Москву: там долгое время продолжалась смута, но, наконец, появился Великий князь, который называл себя Государем всея Руси.