15-01-2008 18:08
Военизированная система страны объединяла и мастеров — художников
Как древнеегипетские рисовальщики и скульпторы стали военными
В 1970-е гг. прошлого века ленинградский египтолог Е.С. Богословский, долгие годы посвятивший изучению древнеегипетского общества, обнаружил удивительный факт: египтяне не раз недвусмысленно проговаривались в гробничных надписях, в хозяйственных и юридических документах, что рисовальщики, занимавшиеся росписями гробниц, являлись «воинами подразделений». Они надевали по праздникам одежду военного сословия, проходили военные смотры, почитали как своего покровителя бога Монту с телом человека и головой сокола — бога войны...
Огромные многокилометровые древнеегипетские некрополи, или «городамёртвых», почитались не только как место заупокойного культа. Гробница представлялась египтянину домом, богато украшенным рельефами, живописью и скульптурой. Для создания их требовалось участие большого количества мастеров, причём высокого профессионального уровня: гробницы зачастую сооружались в толще скальной породы, неоднородной по свойствам, камень крошился, с трудом поддавался выглаживанию, необходимому для нанесения рельефа или грунта под живопись. Поэтому для выполнения композиций одного художественного чутья было мало, требовалась ещё и физическая выносливость — работа была долгой, выполнялась при скудном свете факелов в тесноте и духоте.
Бригада гробничных мастеров состояла из рабочих, строителей, резчиков рельефов, живописцев и начальника работ. После того как строители высекали очертания будущей гробницы, стены и потолок тщательно выглаживались, при этом все работы выполнялись «цепочкой» — строители на лесах ещё заканчивают долбить камень, оформляя потолок в глубине гробницы, а в дело уже вступают резчики, стесывающие неровности на поверхности стен. Следом за ними движутся мастера, наносящие контуры будущих рельефов и резчики. Последними шли живописцы — они должны были расписывать уже готовые композиции. Если гробница украшалась только живописью, то на выглаженную поверхность стен наносились красной охрой контуры изображений, по которым потом работали художники. Основные сцены выполнялись самыми сведущими в своём деле мастерами, а «мелочи», вроде тонировки одежды, тел и т.п., поручались подмастерьям. Такое разделение труда ускоряло процесс росписи, а заодно служило настоящей профессиональной школой, в которой юный живописец проходил все этапы на практике — от растирания красок до создания крупномасштабных изображений.
После завершения всех работ жрецы «освящали» изображения, проводя ритуал отверзания уст и очей, чтобы те, кто был изображен на рельефах и живописных сценах, могли существовать в ином мире.
Так строился и знаменитый некрополь в Долине царей. Со времени Нового царства (1580 — 1085 гг. до н. э.) фараоны предпочитали устраивать гробницы именно в этой скалистой местности к запа-
Работа мастерской
по изготовлению ювелирных
украшений и амулетов.
Изображение выполнено
в технике фрески минеральными
красками по сухой штукатурке.
Известно по прорисовкам,
сделанным археологами
сразу после обнаружения
гробницы.
В настоящее время подлинная роспись практически утрачена. Гробница Небамона, ок. 1411 —1375 гг. до н.э.
ду от Фив. Приближённые не отставали от своих повелителей, рассчитывая и после смерти пользоваться привилегиями, которые давала близость к фараону. Так постепенно возникал гигантский город мёртвых.
Резчики по камню, скульпторы и живописцы жили прямо на территории некрополя, в особом посёлке. По подсчётам учёных, «костяк» этого поселения составляли около 120 высокопрофессиональных художников — цвет древнеегипетской творческой интеллигенции. Посёлок полностью зависел от поставок продовольствия и воды извне, так как находился на территории пустыни. Свою тоску по дому, зарослям нильского тростника и свежему дыханию водоёмов художники воплощали в ярких и многоцветных гробничных росписях и рельефах.
В иероглифических текстах, многие из которых как раз и происходят из Долины царей, эти художники именуются «воинами подразделений». Об одном из них, по имени Пентаур, сказано, что он прославляет своего бога Монту «писанием образов его».
Художники были обладателями многих знаний, недоступных простому обывателю, — как смешивать краски, наносить священные тексты (они были не просто грамотными, но и сведущими в теологии людьми), изготовлять огнеупорные эмали, как оживить изображение. Не зря возникает термин, употреблявшийся для именования скульптора — «санху» — «оживляющий». Но, в отличие от современных мастеров, в Древнем Египте рисовальщики и скульпторы не выделялись обществом как особо одухотворённые и тонко чувствующие мир люди, а считались представителями всего лишь одной из ремесленных профессий, как, например, столяры, горшечники или кожевники. У представителей каждого ремесла был свой бог-покровитель. Тоту поклонялись писцы, Сокара почитали жрецы некрополя, а Монту был защитником воинов.
Бога победоносных военных походов Монту изображали в виде человека с головой сокола, увенчанной солнечным диском. Воинственные фараоны эпохи Среднего царства (2160 — 1785 гг. до н. э.) избрали его своим фамильным божеством, что даже отразилось в их именах — Ментухотепы.
Тогда, казалось, при чём здесь художники, и почему живописец Пентаур прославляет бога воинов как своего покровителя?
Египетское войско ко времени Нового царства было хорошо организованной боевой машиной. После вторжения в Египет иноземцев фараоны XVIII династии организовали постоянную армию, которая позволила египетским фараонам не опасаться вторжений и даже подчинить своему влиянию Сирию и Палестину, сделав Египет настоящей древневосточной империей. Воинская служба считалась делом престижным, с одной стороны, но тяжёлым и опасным с другой. Вот как описывается участь воина в походе:
Приди, я расскажу тебе о его походе в Сирию,
о его движении по хребтам, причём его довольствие
и вода на плече его подобны грузу осла... Хребет спины его разбит, он пьёт воду протухшую...
Достигает он врага, будучи подобен подстреленной птице.
Когда ему удаётся вернуться в Египет,
он, как палка, которую изъел червь. Он болен.
Его доставляют на осле, а его одежды украдены
и его провожатый сбежал.
Ядром египетского войска были боевые колесницы: упряжка из пары лошадей запрягалась в колесницу, экипаж которой состоял из двух человек — бойца, вооружённого луком и дротиками, и возницы. Требовалась недюжинная сила и ловкость как в управлении колесницей, так и в стрельбе на большой скорости. Поэтому воинов для колесничного войска готовили с самого детства. Колесницы не имели рессор и часто опрокидывались, при этом возница и воин, если успевали спрыгнуть до падения, выпрягали лошадей и могли спастись верхом.
Кроме колесниц, в состав египетского войска входила пехота —
Древнеегипетская живопись и спустя тысячелетия не утратила своих ярких красок.
Из древнеегипетских гробниц. II тыс. до н.э.
лучники и копейщики. Её костяк состоял из профессиональных воинов. Но большая часть войска набиралась по воинской повинности из числа египетского населения и называлась «анху эн меша» — «молодцы войска». Эти «молодцы» являлись в дни сборов на военные смотры, были причислены к тому или иному «са» — полку в 200 воинов, участвовали в военных действиях, а в мирное время занимались своими обычными делами — были пекарями, горшечниками, земледельцами и садоводами и художниками.
Уподобление социальной структуры мирного населения структуре военных подразделений закрепилось в Египте довольно прочно, хотя масштабные военные действия разгорались не так уж и часто, египтяне никогда не были воинственным народом — внешних вторжений до XVI в. до н.э. Египет не испытывал, а их собственные походы ограничивались «набегами» на близлежащие территории, чаще всего в Нубию. В мирное же время деление населения «по родам войск» было чрезвычайно удобно во время различных общественных работ, которые в Египте проводились очень часто, — «корабельные ватаги», «пехота», «колесничие» призывались на рытьё каналов, строительство дамб, возведение храмов. Египтяне были прирождёнными земледельцами и строителями. Оросительная система в Египте делала невозможным земледелие индивидуальное, было необходимо участие буквально всей страны в подготовке почвы к пахоте. Деление общества по родам войск ускоряло проведение мобилизации и распределение по «фронту работ».
Военизированная система страны объединяла и мастеров — художников. Создание даже одной гробницы требовало участия большого количества людей, а распоряжения также удобнее было отдавать массе людей, разделённых на «полки» и «роты».
Так древнеегипетские рисовальщики и скульпторы стали военными. В военных одеяниях они участвовали в парадах и смотрах, которые в Египте организовывались регулярно. А натуралистичность батальных сцен и военных подвигов фараонов и полководцев, запечатленных на стенах храмов и гробниц, означает, что во время войн художники, скорее всего, принимали участие и в битвах.