ARMYRU

06-06-2008 18:05

Фридрих II прекрасно понимал стратегическое значение Кольберга и никак не мог примириться с мыслью о сдаче крепости

Наступил 1760 год — четвертый год войны России с Пруссией.

Фридрих II, потерпевший ряд жестоких поражений от русской армии, метался с одного фронта на другой. Страна пришла в разоре­ние и упадок. Прусская армия все больше и больше разлагалась.

 Основная задача, поставленная перед русской армией на 1760 г., заключалась в том, чтобы нанести сокрушительный удар противнику. Для этого предполагалось занять Померанию, большую часть Бранденбурга, ударить по Берлину и, сломив тем самым дальнейшее сопротив­ление противника, принудить его к полной капитуляции.

Для успеха похода в Бранденбург необходимо было прежде всего завершить военные действия в Померании. Выполнение этого плана по­требовало взятия сильной приморской крепости Кольберг (ныне Колобжег), важнейшего опорного пункта противника в Померании. Реше­ние этой задачи поручалось Балтийскому флоту и сухопутным войскам, причем всю ответственность за успешное проведение Кольбергской экспе­диции Конференция возложила на флот. Начиная с января, Конференция постоянно напоминала Адмиралтейств-коллегий о необходимости свое­временной подготовки флота к предстоявшей кампании. Кроме того, указом от 22 марта Конференция предложила Адмиралтейств-коллегий нанять 30 купеческих судов для транспортных перевозок и заготовить провианта дополнительно на 10 тыс. человек.

 Перед началом кампании флот пополнился новыми кораблями. Вступили в строй 100-пушечный корабль «Дмитрий Ростовский», 80-пу-шечные «Андрей Первозванный» и «Климент Папа Римский», два 66-пушечных, один 54-пушечный и несколько мелких кораблей.

 Кронштадтская эскадра состояла теперь из 14 линейных и трех бомбардирских кораблей, располагая в общей сложности 1 122 ору­диями. Пополнилась и ревельская эскадра, включавшая 7 линейных кораблей и 3 фрегата, имевших вместе 464 орудия. Перед выходом в море обе эскадры провели артиллерийские стрельбы и парусные учения с целью тренировки рекрутов, пришедших служить на корабли по осен­нему набору.

Однако всех предписаний Конференции Адмиралтейств-коллегия выполнить не смогла, так как она не имела для этого необходимых де­нежных средств.  Тяжелое состояние бюджета наряду с другими не­достатками привело к тому, что флот не мог выйти в море до второй половины июля.

25 июля кронштадтская эскадра вышла в море. 29 июля между Наргеном (ныне Найссаар) и Суропом (ныне Суурупи) она соединилась •с ревельской эскадрой, вышедшей из базы еще 8' июля. Обе эскадры дальше следовали вместе. Из-за встречного ветра флоту пришлось за­держаться в районе Готланда, и к Кольбергу он пришел только 15 августа.

 После полудня 15 августа с флагманского корабля была выслана для разведки шлюпка под командой штурмана Слизова. Утром 16 авгу­ста она вернулась, и Слизов доставил сведения о расположении враже­ских береговых батарей и других укреплений со стороны моря. Кроме того, Слизов, сделав промеры, уточнил наиболее удобные подходы к бе­регу и определил места высадки десанта.

 В этот же день по флоту был объявлен приказ адмирала Мишукова об осаде Кольберга. В приказе говорилось, что, не дожидаясь подхода сухопутных войск, флот должен начать бомбардировку крепости. В пер­вую очередь ставилась задача уничтожения береговых батарей, которые могли помешать высадке десанта на берег, свозу артиллерии и сна­ряжения.

 Утром 17 августа бомбардирские корабли «Самсон», «Юпитер» и «Дондер», линейные корабли «Шлиссельбург» и «Варахиил», 54-пу-шечный (без названия), фрегаты «Россия», «Крейсер» и 32-пушечный (без названия) корабль под общей командой главного артиллериста флота Демидова снялись с якоря, подошли ближе к берегу и заняли места по диспозиции. В 12 час. корабли открыли огонь по береговым батареям и по городу. В 15 час. под прикрытием огня кораблей нача­лась высадка первой партии десанта в составе 700 человек при пяти пушках и двух единорогах.

 Кольберг расположен на р. Персанта, которая делит его на две неравные части: большая часть города с цитаделью находилась на пра­вом берегу реки, а меньшая и слабее укрепленная — на левом. Крепость была обнесена со всех сторон стеной бастионного типа и рвами, напол­ненными водой.

 Болотистый характер почвы на левом берегу р. Персанта затруднял ведение осадных работ. Гарнизон крепости состоял из 700 человек ре­гулярных войск, усиленных потом за счет местного населения. На кре­постных верках и батареях находилось 130 пушек и 14 мортир.

 Стратегическое значение Кольберга было исключительно велико. Когда в 1758 г. война была перенесена в Померанию и Бранденбург, Кольберг оказался единственным серьезным опорным пунктом против­ника в Померании и ключом сообщений вдоль ее берегов. Кроме того, в случае прихода английской эскадры в Балтийское море Кольберг мог быть использован англичанами в качестве базы для развертывания бое­вых действий против русского и шведского флотов.

 Предвидя осаду Кольберга, противник провел ряд мероприятий по усилению крепости. Была увеличена численность гарнизона (до 2 000 человек), обновлены некоторые укрепления и сооружены новые батареи.

Войска, осадившие крепость с суши, состояли из высаженного с ко­раблей десанта численностью до 3 000 солдат и матросов и отряда кон­ницы (1 300 драгун и казаков), присланного с Вислы. Позднее из Пиллау прибыли небольшое подкрепление и осадная артиллерия.

 Основные силы десанта сосредоточились на правом берегу р. Пер­санта, т. е. против главных укреплений города. Здесь же были развер­нуты траншейные работы, установлены батареи, наведен через р. Пер­санта мост, а на ее левом берегу была построена «брешь-батарея» для обстрела юго-западной части города.

 Осадой Кольберга сначала руководил Демидов, но затем за допу­щенные ошибки он был снят и заменен контр-адмиралом Мордвиновым.

 Бомбардировка крепости с кораблей, начатая 17 августа, продолжа­лась всю ночь и весь следующий день. В 15 час. 18 августа линейные ко­рабли «Наталия» и «Астрахань» и еще один 66-пушечный корабль при­соединились к бомбардировавшим кораблям и также открыли огонь.

 Бомбы, выпущенные по городу, вызвали большие пожары. Против­ник почти не отвечал. Только одна из вражеских батарей на правом бе­регу р. Персанта вела довольно интенсивный огонь. Бомбардирским ко­раблям было приказано подойти ближе к берегу и усилить огонь по этой батарее.

19 августа была высажена на берег остальная часть десантных войск.

На следующий день бомбардировка продолжалась. Противник от­вечал с большими перерывами.

 24 августа корабли, посланные в крейсерство к устью р. Одер, за­хватили шедший из Штеттина (ныне Щецин) с товаром прусский галиот «Алида». В этот же день на адмиральский корабль была доставлена первая партия пленных пруссаков, взятых под Кольбергом.

 28 августа, после ожесточенной борьбы с противником, части де­сантного отряда захватили неприятельскую батарею на восточном бе­регу р. Персанта. Это дало возможность передвинуть наши батареи ближе к крепости и усилить огонь.

 До 7 сентября обстрел Кольберга с кораблей и сухопутных батарей продолжался ежедневно, часто не прекращаясь и ночью. Частые по­жары, возникавшие от бомбардировок, усугубляли тяжелое положение осажденных.   Появились перебежчики и дезертиры. Десантные войска, обложившие крепость, готовились к штурму. Но к этому времени Фрид­рих II направил к Кольбергу с других фронтов значительные силы. Это заставило адмирала Мишукова снять осаду города и принять десант на корабли.

 10 сентября флот вместе со всеми транспортами и восемью прус­скими галиотами, захваченными в устье р. Персанта, снялся с якоря и взял курс к своим берегам. Вечером 18 сентября он пришел на ре-вельский рейд. Через шесть дней кронштадтская эскадра вышла в свою базу, куда и прибыла 28 сентября.

 Конференция была недовольна результатами боевых действий под Кольбергом. В своем указе от 7 ноября 1760 г. на имя Адмиралтейств-коллегий Конференция отметила следующее:

 «...Адмиралтейская коллегия довольно не старалась о том, чтоб флот скорее в море вышел, но паче безвременною перепискою о непол­ном числе экипажа подала повод адмиралу Мишукову несколько долее нежели надлежало в Кронштадте промешкать; ...Адмирал Мишуков... гораздо излишне полагался, что и одним с моря бомбардированием Кольберг к сдаче принужден будет, и потому о высажении людей на берег не с такою ревностью старался, с какой надлежало, и потому целые два дня совсем напрасно пропущены; а в таких случаях не только дни, но и часы считаются.... Командующий на реке Висле генерал-пору­чик Мордвинов не отправил туда в довольной скорости требованной от него помощи»

 Хотя в ходе боев под Кольбергом не была достигнута поставленная перед флотом цель, русские офицеры, матросы и солдаты сделали очень много. Благодаря их мужеству и упорству под огнем неприятель­ских батарей были проведены большие осадные работы. Десантные части в некоторых местах подошли вплотную к стенам крепости. Бом­бардировка города с кораблей и с установленных на берегу батарей причинила противнику большие разрушения и потери. Все это, конечно, не могло пройти бесследно и сказалось в дальнейшем, когда русские вновь (на следующий год) пришли к Кольбергу, осадили, а затем и взяли его.

 Действия флота под Кольбергом, оттянув некоторые силы врага, содействовали успешному наступлению русских войск, которые, заняв значительную часть Бранденбурга, в конце августа переправились через р. Одер и начали наступление на Берлин.

 Разбросав свои силы, Фридрих II не смог их собрать в нужный мо­мент и послать на защиту столицы.

 В сентябре к Берлину подошел корпус генерала Чернышева. Глав­ные силы русской армии находились в это время у Франкфурта.

 Окружив Берлин с трех сторон, войска генерала Чернышева начали артиллерийский обстрел. Гарнизон и власти Берлина, ошеломленные и дезорганизованные решительным наступлением русских, не выдержали и 28 сентября сдались на милость победителей. Занятие Берлина явилось новой блестящей победой русской армии и было позором для хвастли­вого прусского короля.

 Между тем Фридрих II, сняв с других фронтов крупные силы, на­правил их на выручку своей столицы. Командование русской армии, по­лучив сведения об этом и не имея возможности оказать существенную поддержку генералу Чернышеву, решило оставить Берлин.

 В кампанию 1761 г. армии и флоту пришлось решать в основном те же задачи, что и в 1760 г.

 Взятие Кольберга и занятие Померании осталось первоочередной задачей, поскольку этим определялась возможность соединения со шве­дами и совместного наступления в глубь вражеской территории.

Военные действия сухопутных войск в Померании начались в ян­варе.  Против Кольберга был направлен отдельный корпус под коман­дованием генерала П. А. Румянцева.

Учитывая вероятность новой осады Кольберга, Фридрих II в тече­ние весны 1761 г. провел ряд мероприятий по укреплению и усилению крепости. Гарнизон ее был доведен до 4 ООО человек, крепостная артил­лерия— до 140 орудий. Кроме того, для обороны подступов к городу был срочно отправлен корпус под командованием принца Вюртемберг-ского, значительно превосходивший по численности русские войска ге­нерала Румянцева. В окрестностях Кольберга были построены сильные укрепления. Новые укрепления в сочетании с непроходимыми болотами, окружавшими Кольберг, сильно затрудняли осаду.

 Учтя опыт предыдущей кампании, флот подготовился к экспедиции несравненно лучше и вышел в море на полтора месяца раньше, чем в 1760 г. Командующим флотом вместо адмирала Мишукова был на­значен вице-адмирал Полянский.

 Задачи флота в предстоявшей кампании были сформулированы в рескрипте от 8 июня на имя вице-адмирала Полянского. Осада и взя­тие Кольберга были главной целью действий флота. Однако в отли­чие от предыдущей кампании теперь флот должен был играть вспомо­гательную роль, в то время как главная роль отводилась осадному кор­пусу Румянцева.

Кронштадтская эскадра в составе 12 линейных кораблей, трех бомбардирских кораблей и одного фрегата, приняв пехотный полк (3 976 человек) со всем вооружением и снаряжением, 13 июня снялась с якоря и вышла по назначению. Вместе с эскадрой следовали 8 галио­тов и 8 палубных ботов, нагруженных осадной артиллерией. 18 июня кронштадтская эскадра соединилась с ревельской. Последняя вышла из Ревеля 15 июня; на борту кораблей эскадры находились 2 833 пехотинца и артиллерия.

1 июля флот подошел к Данцигу. Здесь были исправлены повреж­дения в парусах и рангоуте, пополнены запасы пресной воды, погружена осадная артиллерия.

 По полученным в Данциге сведениям, отряд Румянцева в это время находился, согласно данной ему инструкции, в Кеслине (ныне Кашалин).

4 июля флот покинул данцигский рейд и направился вдоль поме­ранского побережья. 21 июля, придя к Рюгенвальде (ныне Дырлув), он отдал якоря и начал высадку сухопутных войск и выгрузку артиллерии с галиотов и транспортов. Отсюда вице-адмирал  Полянский   неодно­кратно посылал к Кольбергу линейные корабли и фрегаты для крейсер­ства и разведки.

Ввиду неблагоприятной погоды и недостаточного количества пло-вучих средств высадка войск на берег очень затянулась и закончилась только к 10 августа. Было высажено около 6 500 человек пехоты при 42 орудиях. Кроме того, вице-адмирал Полянский снял с кораблей не­сколько 12- и 18-фунтовых пушек.

 11 августа флот оставил Рюгенвальде и направился к Кольбергу. Через два дня он появился в виду крепости и в 5 милях от нее на пяти­саженной глубине отдал якоря. Вечером 13 августа для осмотра рас­положения береговых укреплений (в частности, артиллерийских батарей) и для промера подходов к берегу были высланы две шлюпки во главе с лейтенантом Бабаевым — командиром бомбардирского корабля «Сам­сон».

 Три вражеские батареи сразу же открыли огонь по шлюпкам, но последние, не получив даже повреждений, выполнили задание и ночью возвратились на корабли. Разведка лейтенанта Бабаева установила, что со стороны моря крепость прикрывается пятью большими батареями (по 8—12 орудий каждая), четыре из которых расположены на правом и одна на левом берегу р. Персанта.

 14 августа бомбардирский корабль «Самсон» и линейный корабль «Варахиил» снова подошли к берегу для осмотра укреплений. Враже­ские батареи не замедлили открыть по ним огонь. Корабли ответили огнем всех бортовых орудий. Вечером «Варахиил» отошел к флоту, а «Самсон» на буксире своих шлюпок подтянулся ближе к берегу и про­должал вести мортирный огонь по одной из береговых батарей. Вскоре на помощь ему подошли бомбардирские корабли «Юпитер» и «Дондер» и фрегаты «Архангел Михаил» и «Россия». Встав на шпринг, корабли начали обстрел береговых батарей города. В течение ночи по городу было выпущено до 40 пятипудовых бомб, вызвавших большие пожары.

 На следующий день бомбардировка еще более усилилась в связи с присоединением линейных кораблей «Астрахань» и «Рафаил». С полу­ночи и до полудня 15 августа было выпущено по городу 146 трехпудо­вых и пятипудовых бомб.

 16 августа пришла на кольбергский рейд и присоединилась к флоту шведская эскадра, состоявшая из шести линейных кораблей и трех фре­гатов. До этого шведские корабли крейсировали в проливе Зунд и в устье р. Одер.

 В последовавшие два дня обстрел города и его укреплений продол­жался с неослабевавшей силой. Бомбардирские корабли приближались к берегу на четырехсаженную глубину.

 Тем временем к Кольбергу подошли и основные силы осадного кор­пуса П. А. Румянцева.

19 августа вице-адмирал Полянский съехал на берег для совещания с Румянцевым и для личного осмотра места высадки морского десанта в помощь сухопутным войскам. По возвращении с берега он 20 августа отдал соответствующий приказ по флоту. Согласно этому приказу об­щая численность десанта определялась в 2 000 человек. На кораблях, не участвовавших в бомбардировке, оставлялось минимальное количество личного состава.

 Во главе десанта был поставлен опытный морской офицер капитан 1 ранга Григорий Андреевич Спиридов — командир 80-пушеч-ного корабля «Андрей Первозванный».

29 августа с помощью всех имевшихся пловучих средств были све­зены на берег (близ деревни Инкенгаген) 2 012 десантников с вооруже­нием, снаряжением и продовольствием. Артиллерия десанта состояла из 51 мортиры и 19 пушек.

 Десант присоединился к бригаде полковника Неведомского (из осадного корпуса Румянцева) и занял ответственные позиции. В тяже­лых боях за крепость моряки десанта не раз показывали пример органи­зованности и дисциплины, русской смекалки и военной хитрости, стой­кости и героизма.

Командир десанта Г. А. Спиридов оказался таким же талантливым начальником на берегу, каким он был на корабле. Спиридов уже тогда удивлял всех личной удалью и бесстрашием. Так, при взятии Вундеше-вой батареи на правом берегу р. Персанта он первый из небольшой группы моряков бросился к одному из вражеских орудий, в упор стре­лявших по морякам. Изрубив прислугу орудия, моряки повернули его в сторону неприятеля и открыли огонь.

 Некоторым из морских офицеров во время осады Кольберга при­шлось командовать подразделениями сухопутных войск, и там они пока­зали себя умелыми военачальниками и прекрасными организаторами. Так, гренадерская рота, командиром которой был морской офицер П. И. Пущин, считалась самым лучшим подразделением среди грена­дерских частей осадного корпуса.

 Сломив сопротивление прусских отрядов, выставленных принцем Вюртембергским в качестве заслонов на путях к городу, Румянцев занял окрестные селения, установил батареи и совместно с кораблями флота начал усиленную бомбардировку крепости. Неоднократные попытки прусских генералов помешать успешно начавшейся осаде Кольберга ни к чему не привели. Генерал Вернер с 2 ООО кавалеристов и 300 пехотин­цев при шести орудиях, посланный принцем Вюртембергским в тыл вой­скам Румянцева, был наголову разбит небольшим отрядом Бибикова в районе Трептова. Такая же участь постигла и более значительные силы прусского генерала Платена.

Между тем бомбардировка крепости с каждым днем усиливалась. 24 августа около 15 час. линейные корабли «Наталия», «Рафаил» и «Астрахань» подошли ближе к берегу и открыли огонь по прибрежным батареям противника. На следующий день к ним присоединились линей­ный корабль «Петр» и фрегат «Архангел Михаил». Так вплоть до 28 сентября, т. е. в течение полутора месяцев, флот бомбардировал Кольберг с моря, способствуя действиям сухопутных войск и морского десанта.

 В обстреле Кольберга большую роль сыграли бомбардирские ко­рабли «Самсон», «Юпитер» и «Дондер». Пользуясь своей малой осад­кой, они вплотную подходили к берегу и вели беспрерывный, иногда в течение круглых суток, огонь из своих мортир, единорогов и других орудий. Командиры этих кораблей лейтенанты Василий Бабаев, Петр Креницын и Степан Норманский заслужили всеобщее уважение. Не меньше прославились своей решительностью и командиры линейных ко­раблей «Варахиил» и «Астрахань» капитаны 2 ранга Иван Спиридов и Егор Ирецкий.

 Наступление осени заставило флот прекратить боевую деятельность. Нужно было уходить в базы. Уже 10 сентября линейные корабли «Гав­риил», «Иоанн Златоуст» и «Шлиссельбург» из-за повреждений, полу­ченных во время шторма, вынуждены были покинуть флот и уйти в Ревель.

15 сентября началась посадка десанта на корабли, закончившаяся 24 сентября. 28 сентября флот снялся с якоря и пошел к своим бе­регам. На кольбергском рейде остались лишь корабли «Варахиил» и

«Нептунус», фрегат «Архангел Михаил» и два шведских корабля для продолжения блокады Кольберга с моря.

В войсках Румянцева было оставлено 618 офицеров и матросов. Многие из них продолжали сражаться под стенами крепости до тех пор, пока она не пала.

 Беспрерывные штормы задержали флот в пути, и только в 20-х числах октября он отдал якорь на ревельском рейде. Вскоре возвра­тились из-под Кольберга и все остальные корабли.

 Флот вынужден был покинуть Кольберг до его падения, однако он вполне справился со своими задачами. Флот обеспечил осадный корпус артиллерией, боеприпасами, снаряжением и продовольствием. Он доста­вил значительные подкрепления (около 7 000 человек), причем сделал это в тот момент, когда особенно остро чувствовался недостаток сил. Кроме того, систематическая бомбардировка крепости и полевых укре­плений с кораблей, продолжавшаяся в течение полутора месяцев, вызы­вала огромные разрушения и причинила противнику невосполнимые по­тери в живой силе.  За эти полтора месяца с кораблей было выпущено свыше 2 000 пятипудовых и трехпудовых бомб и до 15 000 ядер разного калибра. Огонь корабельной артиллерии нанес огромный урон про­тивнику, оказал сильное моральное воздействие на осажденных и тем самым ускорил капитуляцию крепости.

После ухода флота из-под Кольберга войска Румянцева получили новые подкрепления, и их численность достигла 35 тыс. человек. Силы же противника, наоборот, истощались.

 Кольцо осады на правом берегу р. Персанта все больше и больше сжималось. Создалась прямая угроза прусскому лагерю. Принц Вюртембергский, боясь полного окружения и пленения, вынужден был оставить лагерь и отвести свои войска от Кольберга. С отступлением его русские приблизились к крепости.

Фридрих II прекрасно понимал стратегическое значение Кольберга и никак не мог примириться с мыслью о сдаче крепости. Он приказал генералу Платену и принцу Вюртембергскому защищать Кольберг во что бы то ни стало. Однако участь крепости была предрешена.

 В ночь на 6 ноября русские взяли мощное прибрежное укрепление Вольфсберг и вслед за тем заняли устье р. Персанта. К концу ноября траншеи были подведены к самым стенам крепости. Русские войска го­товились к общему штурму.

В первых числах декабря в Кольберге взорвался пороховой погреб. Иссякли все запасы продовольствия. Крепость не выдержала и 6 де­кабря капитулировала. Комендант крепости полковник Гейде первым вручил свою шпагу русскому генералу Румянцеву.

 Было взято в плен 88 офицеров и 2 815 солдат, захвачено 30 знамен и 146 крепостных орудий разного калибра, большие запасы снарядов, оружия и амуниции.

 Падение Кольберга решило исход борьбы за Померанию в целом. Вскоре она оказалась целиком в руках русских войск. Обладание же Померанией создавало благоприятную возможность для нанесения окон­чательного удара по Пруссии.

 В это время численность русской армии уже превышала 100 тыс. человек. В ходе войны она закалялась, приобретала боевой опыт и очи­щалась от вражеской агентуры. Ее офицерский состав значительно улуч­шился.  Выдвинулся ряд замечательных командиров — таких, как Румян­цев, Чернышев и Суворов.

 Военно-морской флот также в значительной степени изжил свои не­достатки и приобрел боевой опыт.

 Русская армия и военно-морской флот были вполне готовы к победо­носному завершению войны.

Не так обстояли дела у Фридриха II.

 В начале 1762 г. положение Пруссии оказалось чрезвычайно тяже­лым. Ее внутренние ресурсы иссякли, население влачило голодное су­ществование. Армия в результате жестоких поражений настолько ослабла и морально разложилась, что уже не представляла собой сколько-нибудь серьезной силы. Большинство ее генералов и офицеров пало в сражениях, и не было никакой возможности заменить их. Не лучше обстояло дело и с рядовым составом. Целые батальоны прусса­кам пришлось формировать из арестантов и дезертиров.

 Фридриха II спасло случайное обстоятельство, 5 января 1762 г., в день опубликования в Петербурге сообщения о взятии Кольберга, умерла русская императрица Елизавета Петровна, и на престол вступил ярый поклонник прусского короля Петр III. В тот же день он послал графа Гудовича к Фридриху II с извещением о вступлении на престол и о своем намерении установить вечную дружбу с Пруссией.

Вскоре были заключены мир и дружественный союз. Петр III не только отказался от всех территориальных приобретений, которые сде­лала Россия, но и превратился в союзника и спасителя прусского ко­роля. На помощь пруссакам против Австрии он послал корпус числен­ностью в 16 тыс. человек.

Политика Петра III вызвала недовольство значительной части дво­рян. 28 июня произошел дворцовый переворот. Петр III был сверг­нут с престола, отвезен в Ропшу (под Петербургом) и там убит. На пре­стол вступила его жена Екатерина II. Новая императрица подтвердила мир с Пруссией, но категорически отказалась от союза с ней.

 С выходом России из войны борьба продолжалась недолго. 3 ноября было подписано перемирие между Францией и Испанией, с одной сто­роны, и Англией, — с другой; 15 ноября —между Францией и Прус­сией, а 24 ноября — между Пруссией и Австрией. 10 февраля 1763 г. в Париже был подписан окончательный мир.